Сын вознамерился оставить отчий дом и жить отдельно. Умом то я понимала — принял правильное решение, но сердце не соглашалось. Доводы о том, что он уже взрослый и самостоятельный, не помогали. Душа протестовала, хотелось плакать. Пока сын упаковывал вещи, я держалась из последних сил, чтобы не разреветься, но лишь закрыл за собой дверь — дала волю слезам. Мне казалось, что теперь жизнь пуста (не о ком заботиться), бесполезна (я никому не нужна). В голове настойчиво крутились воспоминания о том, как сын рос, учился. Тогда чувствовала себя «нужной мамой». А что сейчас? Беспокойство, бессодержательность...
Я окончательно раскисла. И чем сильнее себя накручивала, тем больше жалела о безвозвратном прошлом. Наплакавшись вдоволь, поймала себя на мысли, что сладковато приторный вкус нытья, как ни странно, приятен: «подпитывает» моё тяжелое настроение, которое сама же и выбрала. Остановилась. Встряхнулась и сказала себе решительно: «Нужно срочно менять отношение к событию. Ведь