«На шею я повесила двух голубей, которых купила у мясника. В полночь они начали кровоточить, и мне пришлось исчезнуть, как Золушке»
Анна Пьяджи
Мы стоим в каком-то гадюшнике... Ах да, извини, это твоя спальня. Ты комкаешь мою руку и сопишь. Я знаю, чем закончится весь этот спектакль. Мы взрослые люди, к чему реверансы, мы знаем друг-друга пять лет. Неожиданно ты говоришь: "Хочу чтобы ты знала, я ни о чем не жалею" и мне хочется с размаху ударить тебя так, чтобы расцарапать до крови это твое прекрасное лицо. Но я отступаю к окну и сажусь на подоконник. Знаешь ли ты чем измерить мою душу? Отчаянием. И душа моя по этим меркам бездонна. Всё безвкусно, всё вокруг механика, всё несущественно. Я пытаюсь ощутить хоть что-то, но не могу. Чай в моей чашке и то крепче твоих представлений обо мне. Если бы меня спросили, во что я верю... Я бы ответила, что как ни странно верю только в обман. Глупо пенять на лжецов, я взращиваю их сама, кормлю обрывками своего самолюбия, холю их своими человеческими ласками. Я хочу обмана. Хочу сеять и пожинать. Хочу секса и денег. Хочу затягиваться и не выдыхать. Я много чего хочу. Потому что я человек. Наслаждение - та слабость, которой я щедро делюсь.
Я встаю, хватаю пепельницу со стола и со всей силы швыряю её в окно. Она бьется о решетки и летит осколками во все стороны. Пока я хлопаю дверью, успеваю услышать коротко в спину "Назад!"...
Прошло много лет с тех пор. Ты совсем уже взрослый, ты зовешь жену Супругой и гордишься ремонтом. Раз в месяц ты присылаешь мне сообщение "а помнишь...", я читаю и ржу над тобой, потому что это было такое глупое слово - "На-зад!"