Продолжение
4. Обсуждение
СД - это глобальная проблема общественного здравоохранения. В 2012 году СД стал причиной 1,5 миллиона смертей. T1DM является одним из самых распространенных аутоиммунных заболеваний в мире. Он поражает приблизительно 10-20 миллионов человек и развивается чаще всего в детском возрасте, но также может развиваться и во взрослом возрасте ( Carlos et al., 2017). Как и при других заболеваниях, этиология СД остается неясной. Однако известно, что риск развития СД в основном определяется генетическими и экологическими факторами, включая стресс, питание, токсины и вирусные инфекции ( Carlos et al., 2017; Mitroulis et al., 2010). За последнее десятилетие Распространенность СД росла быстрее в странах с низким и средним уровнем дохода, чем в странах с высоким уровнем дохода. Более высокий, чем оптимальный уровень глюкозы в крови, вызвал дополнительные 2,2 миллиона случаев смерти, увеличивая риск сердечно-сосудистых и других заболеваний ( Boehmer et al., 2018).
Rg1 традиционно используется для защиты от заболеваний центральной нервной системы; Rg1 улучшает Aß 25-35-индуцированный нейрональный апоптоз по крайней мере частично двумя комплементарными ERa - и GR-зависимыми нисходящими путями ( Wu et al., 2012; Yan et al., 2013). Кроме того, он обрабатывает эффекты индуцирования дифференцировки клеток ES мыши в нейроны in vitro через сигнальный путь GR-MEK-ERK1/2-PI3K-Akt ( Wu et al., 2013). Тем не менее, интегративная медицина играет существенную роль в лечении метаболических синдромов ( Liu et al., 2017). ТКМ также широко используется для профилактики и лечения метаболических синдромов. Женьшень исторически использовался в качестве антидиабетической травы в Азии. Результаты исследований на животных подтверждают, что женьшень обладает ДМ-регуляторной активностью, но основные механизмы, лежащие в его основе, и его активные компоненты—гинзенозиды—остаются в значительной степени неизвестными. В настоящем исследовании мы исследовали, регулирует ли гинзенозид Rg1 ось печень-поджелудочная железа у индуцированных STZ мышей T1DM. Наши результаты показали, что Rg1 ослаблял аномально повышенную глюкозу крови, индуцированную СТЗ, снижал воспалительные факторы IL-1β и IL-18 в крови, снижал уровень АЛТ и АСТ, способствовал секреции инсулина и ослаблял функцию NLRP3 в печени и поджелудочной железе мыши. Кроме того, Rg1 защищен от СТЗ-индуцированного реактивного вида кислорода-опосредованного воспаления путем upregulating тропа Keap1/Nrf2/HO-1, которая более добавочно активировала противоокислительн энзимы. Интересно, что Rg1 также регулирует метилирование H3K9 в печени и поджелудочной железе. Вкратце, это потенциальное лекарство приложенное к предохранению возникновения и развития Т1ДМ.
Воспалительные реакции тесно связаны с окислительным стрессом. NLRP3 является одним из важных компонентов инфламмасомы, которая содержит NLRP3, ASC и каспазу-1 ( Mitroulis et al., 2010). Инфламмасома NLRP3 активируется эндогенными стимулами, в том числе кристаллами мочевой кислоты, кремнеземом, АТФ и бактериальными токсинами среди других. При активации олигомеризация NLRP3 и взаимодействие с молекулой-адаптером ASC приводили к активации каспазы-1 и экспрессии активных форм Ил-1β и Ил-18 ( Carlos et al., 2017). При хронических воспалительных заболеваниях, связанных с длительным повышением циркулирующих цитокинов. ФНО-α вырабатывается макрофагами, Т-клетками и естественными киллерными клетками (НКТ) (D'Mello and Swain, 2011). Сигнализация TNF-α приводит к активации транскрипционных факторов NF-kB и активатора белка-1 ( D'Mello and Swain, 2011 ). Активация NF-kB тесно связана с физиологическим иммунитетом и патологическим воспалением ( Liu et al., 2017). Известно, что Nrf2 подавляет активность NF-kB; в качестве обратной связи NF-kB также сдерживает активность Nrf2. Кроме того, NF-kB может непосредственно связываться с промоторными последовательностями ДНК NLRP3 и регулировать экспрессию NLRP3 ( Qiao et al., 2012). Кроме того, экспрессия NLRP3 инфламмасомы инициируется NF-kB в гепатоцитах ( Boaru et al., 2015). Различные стимулы, которые активируют NF-kB, могут индуцировать сборку инфламмасомы и генерировать секрецию IL-1β. В настоящем исследовании с помощью анализа ИФА было установлено, что содержание Ил-1β и Ил-18 в сыворотке крови достоверно снижалось как в краткосрочной, так и в долгосрочной группах лечения Рг1, что свидетельствует о противовоспалительной функции Рг1. Рецепторы ФНО-α и Ил-1β были обнаружены в церебральных эндотелиальных клетках (ЦЭК), а также в нейрональных и глиальных клетках ( D'Mello and Swain, 2011). Поскольку гены ФНО-α и Ил-1β имеют Сайт связывания NF-kB в своей промоторной области, активация NF-kB сигнальными каскадами может способствовать повышению экспрессии этих цитокинов. Согласно полученным результатам, Rg1 значительно облегчал СТЗ-индуцированное разрушение печеночной архитектуры путем окрашивания H&E. Интересно, что при кратковременном лечении не было выявлено явных изменений в поджелудочной железе мышей разных групп. В долгосрочных тестах, защитные влияния Рг1 показали через все группы дозировки. СТЗ-индуцированное повреждение при СД сначала экспрессируется в печени, затем представлено в поджелудочной железе, в то время как степень повреждения СТЗ была значительно подавлена лечением Rg1.