Если вы думаете, что, став Лешиной девочкой, вчерашняя Дылда сегодня проснулась Синди Кроуфорд, вы ошибаетесь.
Факир был пьян, и фокус не удался. Расходимся. :)
Я как была Дылдой, так и осталась. И рожа тоже не стала симпатишей. Почему-то. А говорят, от любви девушки расцветают. Бессовестно врут...
Вот почему так? В кино - рррраз! И после признания в любви - хэппи энд и свадебка на сто пятьсот персон.
Жизнь такая противная штука, что ни в какую не хочет становиться "кином". Упирается всем своим естеством, и никак не хочет быть такой, какой её в кино снимают.
А в жизни - вроде понимаешь, что end вполне себе happy... Но че-то мир не расцвел радугами... А вроде должен был расцвести...
Даже если мальчик - настоящий, а девочка - сразу и без выкрутасов - его девочка.
К этому нас никто не готовил.
И вообще, к мировому кинематографу (и мировой литературе заодно, чтоб два раза не вставать!) у меня лично большие претензии. Прям на миллиард миллиардов. И не долларов, а золотом.
Потому что дорогие актеры, режиссеры и писатели всяких там любовных драм, начиная прямо с Шекспира (а Лешка сказал бы - с Гомера) - без зазрения совести парят нам мозг, когда мы подростки. А потом из-за этого мы вырастаем несчастными взрослыми. Так, веками подставлять подростков - это самое большое гадство во Вселенной. Ура, я нашла виноватых, расходимся:)
Потому что хэппи энда у нашей любви тогда не случилось. Да и любовь была какая-то... странная. Вот как весь Лёшка - странный, такая и любовь у него была. Странная. Не киношная была его любовь. А жизненная. Но разве ж подростки что-то там знают про жизнь? Они знают про кино. И хотят кино, а не жизнь.
Потому что сказка наша, не смотря на такое трепетное её начало, не спешила складываться. И виноваты в этом были мы оба, каждый по-своему. Нам никто не мешал, палки в колеса нашим подростковым отношениям не вставлял. На нас вообще было всем начхать. А отношения все равно не складывались... Мы интуитивно чувствовали, кто мы друг другу. А отношения друг с другом строить не умели.
После случая с Евой Лешка постепенно заполнил мою жизнь собой полностью. Спокойно, незаметно, неотвратимо. При каждой возможности он был где-то рядом. А если не рядом, то поблизости. А если не близко, то все равно оставлял мне ощущение, что я нахожусь в поле его зрения. Он не следил за тем, что делаю я. Он следил за тем, что делают другие вокруг меня. Мы не сидели за одной партой на уроках. Мы не сидели за одним столом в столовой. Лешка не искал ЛЮБОЙ возможности находиться со мной каждую минуту. И ласковые слова не говорил! Ведь во всех книжках так. Молчал. И когда впервые поцеловались. И когда переспали. И ладно бы молчал красноречиво. Я бы разгадала его молчание. А то вообще молчал, в принципе. Не понятно, то ли обо мне думает, то ли о биквадратных уравнениях. Ну ладно, молчит. Я не гордая, я так и спросила однажды:
"Леша, о чем ты сейчас думаешь? Обо мне или о биквадратных уравнениях?"
Имея в виду: "Леша, а ты меня любишь? Скажи, что ты меня любишь!"
Мы тихонько лежали на одеяле, я лежала ухом на его животе, слушала, как там переливается вода. Он одной рукой машинально перебирал мои волосы, а другой отгородился от меня учебником по алгебре, который читал.
"О биквадратных уравнениях, - не задумываясь, ответил Лешка. И пояснил серьезно: - Зачем о тебе думать, ты вот у меня, лежишь. А биквадратные уравнения мне завтра еще сдавать..."
Хороша любовь в 14 лет, да? Издевательство, а не любовь. Странная.
Вот тебе и "Я тебя люблю, Света"...
Спойлер: заветные слова Лешка все-таки сказал. Через 23 года. В день, когда мы получили на руки свидетельства о разводе. Дождалась... Обнять и плакать...
Трудно только в первый раз, да, Лёш?..
Но я не об этом сейчас. Он всегда появлялся тогда, когда был мне необходим. Всегда появлялся вовремя - ни раньше, ни позже.
И когда он был рядом, жизнь моя замирала и мы находились в каком-то коконе - все остальные будто обтекали нас по сторонам. Меня никто не цеплял, не травил - ни девки, ни пацаны. Смотрели на нас с любопытством, жужжали тихонько по углам, посмеивались, недоумевали, завидовали - не без того. Но не гадили. Какое счастье!
Но я никогда не лезла на рожон, не выясняла, не объясняла, не ставила на место. Продолжала не отсвечивать. Амбиций или задатков лидера у меня никогда не было. Самое лучшее и комфортное для меня состояние тогда - быть максимально незаметной. И Лешка очень чутко это уловил. И дал мне тот комфорт, который был нужен мне по самоощущению, а не по статусу "девочки стайного". Не хочешь быть популярной, публичной - не надо, будь такой, как тебе хочется. Это сейчас, почти четверть века спустя, я понимаю - какой это уровень заботы в паре - дать не то, что положено и принято давать, не то, что сам бы хотел для себя, а то, что нужно. А Лешка понимал это сразу, с самого начала. И в этом был такой кайф - чувство защищенности и чувство незаметности одновременно. Чувство, к которому я привыкла очень быстро. И скоро обнаглела настолько, что перестала его замечать и ценить.
И, как любая капризная девочка, стала выносить Леше мозг. В своей, своеобразной, манере. А вы как думали? Ничто человеческое женское мне было не чуждо.
Я очень долго, очень трудно и стараясь максимально незаметно для Лешки проходила процесс притирки. А он жил, как и раньше. Отношения со мной вообще никак его жизнь не изменили. В то время как мою-то - ого-го!
Об этом расскажу в следующий раз.
Может быть, Лешка и не баловал меня излишне своим вниманием, и свои чувства проявлял в своеобразной манере. Но заботился и защищал всегда.
Предвижу - скажут: И че тебе не хватало, Светка??? Мало тебя жизнь повозила мордой об асфальт?
Ну да. Непонятно, че не хватало. Я тебя люблю не хватало. Вот чего.