Как известно, поэтов ценят не за внешнюю красоту, как, например, актёров, которые потом их играют. И даже не за внутреннюю, - как ценят, когда подбор других комплиментов затруднителен. Мы ценим их за слова, которыми они поднимают нам веки, когда глаза наши закрыты перед лицом красоты. Многие люди никогда не поймут этого дара, даже всей душой обожая рифму и ритм, потому что они лишь инструменты или техника поэта, как стека и резец инструмент скульптора.
Читая прозу, да и многие стихи Чарльза Буковски (1920 - 1994) легко можно понять, что иллюзий на счёт своей внешности он не испытывал. Более того, откровенность, с которой он о своём внешнем виде говорил, не перегибая палки и не кичась тем, что он некрасив, помимо прочего, сделала его кумиром и среди людей с низкой оценкой собственной внешности. "Он урод, а значит ему досталось не меньше моего" - думают они и уважают Буковски. Именно благодаря находке этого писателя, я может быть и пережил подростковый возраст, когда казалось, что мир создан только для красивых.
Чарльз честно писал о буднях низших слоёв американского общества послевоенной эпохи, когда рождались высокопарные, богатые и красивые персонажи Джерома Сэлинджера. Он не упускал ни выпадающих от голода зубов, ни грязного белья, ни полчищ мух на заднем дворе дешёвой хибары где жил. Но это всё - композиция, просто жизнь. Вся язвительность Буковски доставалась людской чёрствости и нахальству, ненависть - тупости и бессмысленности истекавшей из затуманенных погоней за долларом голов. А настоящим поэтом его делали сцены вроде той, где сидя в уборной одной из новых подружек, он размышляет, имеет ли право прихлопнуть паука - ведь тот живёт здесь намного дольше, чем переночевавший гость (животное не пострадало).
Каким бы новатором не стал Чарльз для двадцатого века, он был далеко не первым певцом жизненных реалий. Причём, он также был не первым, а возможно, и не самым некрасивым таким певцом. Ведь ещё за две с половиной тысячи лет до его рождения жил в Греции человек сложной судьбы и характера Гиппонакт (VI в. до н.э.).
Гиппонакт, являясь популярным поэтом древности, вошёл в историю больше своей биографией. Дело в том, что его стихи содержали огромное количества сленга, заимствований, оскорблений, язвительности, мерзких подробностей, странных сексуальных сцен и брани. Такие творения не предложишь переписывать школьникам - а многие античные авторы дошли до наших дней именно благодаря такой практике. С установлением Христианства как государственной религии в Византии о поэте вообще предпочли забыть, сожалея только, что оный существовал =(
По сути, Гиппонакт был гениальным, проницательным и метким на язык троллем шестого века до нашей эры. Внешне он был не менее страшен, чем внутренне и это послужило двум известным скульпторам - братьям Бупалосу и Афенису, современникам поэта, достаточным поводом, чтобы злобно изваять его скульптуру - изобразив все особенности внешности нашего героя. В ответ на такую шутку Гиппонакт написал поэму, после прочтения которой братьям захотелось примерить по петле, а помешать оказалось некому.
Текст поэмы сохранился отрывочно, но прошедшие сквозь тьму времён огненные строки красочно повествуют о матери (или её тёзке) Бупалоса и Афениса, занимающейся нехорошими вещами с поэтом - странным (греческим) образом, в не менее странном странном месте, а вокруг при этом кишат жуки навозники. Но раз этим строчкам 2500 лет, раз они довели человека до "сухой беды", может и в них скрыта неподвластная времени и разуму красота?
Некоторые античные авторы называют Гиппонакта первооткрывателем нескольких стихотворных размеров, особой строфы и даже литературной пародии как жанра вообще. Прежде чем возвысившаяся европейская цивилизация не объявила его грязным пятном своей истории, поэт пользовался уважением, вот, например, сохранившаяся посвящённая ему трогательная эпиграмма Феокрита:
Здесь лежит Гиппонакт. Если ты негодяй, то проваливай мимо; но если ты честен и доблести полон - садись, если понравится можешь даже поспать.
Любите ваших поэтов, какими бы они ни были.