По просьбам наших читателей мы приняли их записки с именами родных и близких на Радоницу — первую поминальную службу после Пасхи. Радоница, собственно, и называется так именно по слову «радость» — радостная весть о Воскресении Христовом.
И у нас, на Кавказском скиту Валаамского монастыря, родительское поминовение в этот раз стало воистину вселенским: записки шли со всех городов России, с Украины, из Казахстана, Прибалтики. И вместе с поминальными записками и просьбами помянуть близких приходили письма, в которых нам рассказывали о том, что сейчас происходит в храмах на всем огромном постсоветском пространстве — от берегов Балтики до бескрайних степей.
Потом подключилась Европа — и пошли записки из Германии, Франции, Испании. Чуть позже солнце взошло в Америке — и там тоже наши православные братья и сестры во Христе. Ну, а замкнули наш круг последние пришедшие просьбы — уже из Австралии. Из Япония нам вообще постоянно пишут. Радуете!!!
Все благодарили Игумена Валаамского монастыря епископа Троицкого Панкратия и валаамскую братию за то, что 20 лет тому назад они создали скит на Кавказе, и просили молитв за своих близких. Были, к сожалению, и записки о пострадавших от коронавируса. Их было немало, и они постоянно продолжают приходить.
Сегодня поминальная служба проходила на открытом воздухе — там, где близ храма находится могила инока Евгения, одного из первых насельников скита. Как и полагается в такие дни, сама природа праздновала вместе с нами: Господь послал нам дивное пение птиц, буйное цветение фруктовых деревьев и трав, нежное тепло весеннего солнца. А главное — сердечную радость и душевный покой при воспоминании о наших близких.
В Церкви Радоница считается Пасхой для почивших, и в этот день радость о Воскресшем Спасителе мы разделяем с умершими, потому что верим и знаем: души их живы.
***
Из "Слова о смерти" схиигумена Гавриила.
«Во все времена смерть человека была страшным таинством, непостижимым для многих — напоминает отец Гавриил. — Страшным, поскольку все видели, что когда кончается жизнь человека, неважно ‒ старого или молодого, все его надежды, мечты, всё, чего он желал, к чему стремился, ‒ всё это исчезает вместе с ним.
Атеистов или невоцерковленных людей смерть ужасает настолько, что они даже слышать о ней не могут. Не так для христианина, потому что день смерти — это день вхождения бессмертной души умершего в вечную жизнь и вечную радость, в жизнь с Богом, в ту жизнь, к которой стремится каждый христианин.
Матерь Божья отошла с радостью к Своему Сыну, и радость, которую чувствуют в день Ее Успения верующие, не иссякает в течение всех этих веков, а прошло почти две тысячи лет. И мы каждый раз празднуем это удивительное событие.
И у настоящих христиан можно наблюдать отсутствие того тоскливого ужаса перед смертью, который сотрясает многих далеких от Бога людей. Вот мы хоронили схимонахиню Марию, которая 40 лет подвизалась в Лыхненском храме в Абхазии, и никого из присутствующих не посетило даже малейшее чувство уныния или страха перед смертью. Наоборот, на душе было радостно, поскольку человек отошел от этой скорбной и многоболезненной жизни к Жизни Вечной, ушел к Богу — и нет никакого уныния, никакого страха. Во время отпевания Божественная благодать струилась в сердца, словно это не похороны, а какой-то светлый церковный праздник.
Казалось бы - смерть, а мы празднуем! Потому что это вовсе не смерть, а вхождение в новую, истинную, бесконечную, радостную жизнь. Чего и всем нам желаю.
Аминь».
«Умер мой младший брат. Мать винит Бога за то, что Он его забрал". Отвечает схиигумен Гавриил.