«Родине преданна, служит примером в учебе и общественной жизни. По характеру волевая, инициативная. Летное дело любит».
(Из аттестации Тамбовской летной школы ГВФ).
День и ночь бьются о берег холодные волны заполярного озера Имандры. Здесь, на израненной Кольской земле, в вечном карауле застыли скромные обелиски с красными армейскими звездами. На одном из них высечено имя отважной комсомолки, славной воспитанницы Гражданского воздушного флота Евдокии Яковлевны Лобко — «Красной Чайки», как называли ее боевые друзья.
...Шел одиннадцатый день войны.
Личный состав эскадрильи гидросамолетов готовился к выполнению очередного задания. Неожиданно из-за сопок на небольшой высоте показалось звено вражеских истребителей. «Мессеры» держали курс прямо на стоянку гидросамолетов. Рассредоточить, а тем более замаскировать боевые машины уже не представлялось возможным.
— А ну-ка, хлопчики, помогите! Да поскорее! — раздался в тот момент звонкий девичий голос.
К самолету Е. Лобко подбежали однополчане. Не поняв еще дерзкого замысла летчицы, техник Соколов по ее команде несколько раз быстро провернул воздушный винт. Через минуту взревел мотор. Поднимая летающую лодку на редан, Дуся все дальше уводила ее от берега. Фашистские ястребы сразу же заметили санитарный самолет, несущийся над озером наперерез их курсу. Перестроившись, два вражеских истребителя бросились на перехват летающей лодки. Став в круг, они начали плотным огнем обстреливать беззащитный гидросамолет 111-2.
Отважная летчица старалась во что бы то ни стало оттянуть фашистов от эскадрильи. После трех заходов один истребитель, расстреляв боекомплект, набрал высоту и скрылся. Неравный поединок продолжался. Противник одну за другой предпринимал атаки. Уклоняясь от прицельного огня, Е. Лобко гнала свой самолет от пирса. Она понимала, что спасение эскадрильи во многом зависит от нее. Нужно было как можно дольше тянуть время, чтобы там, на берегу, успели рассредоточить боевые машины в надежные укрытия. Сбивая фашистский истребитель с курса, Е. Лобко уводила неприятеля к дальним островам Имандры.
В лобовой атаке стервятник перебил подкос правого крыла гидросамолета. Истекая кровью, летчица изо всех сил старалась вывести израненный самолет из крена. Но его сваливало набок. Он крутился, как волчок, на одном месте. Через пробоину в днище фюзеляжа в кабину поступала вода. Леденящим холодом она обжигала ноги, сковывала дыхание. Однако мужественная летчица не сдавалась. Разъяренный враг сделал еще несколько попыток поджечь «шаврушку» и бесславно улетел восвояси.
Наступила пронзительная тишина. С берега с тревогой всматривались туда, где безжизненной точкой застыл самолет Красной Чайки. Когда катер прибуксировал его к пирсу, летчики увидели в пилотской кабине Дусю. Держа руку на рычагах управления, она сидела, как живая. Ее тело кровоточило от ран. Осколком вражеского снаряда был пробит комсомольский билет.
...Замер строй авиаторов. Каждое слово батальонного комиссара Платошина острой болью отзывалось в их сердцах: «Героически погибла отважная летчица лейтенант Евдокия Лобко. Приняв на себя удар фашистских стервятников, она ценой собственной жизни предотвратила гибель эскадрильи гидросамолетов».
Как салют ее подвигу прозвучал гул самолетов, уходивших на боевые задания в тыл противника. И долго еще на могиле Дуси Лобко оставалась дощечка с горьковскими словами: «Пускай ты умер!.. Но в песне смелых и сильных духом всегда бы будешь живым примером...» Переписав аккуратным почерком на листок бумаги, Красная Чайка всегда носила их в своем планшете.
Е. ШИРШОВ, участник Великой Отечественной войны, ветеран Аэрофлота
Журнал «Гражданская авиация» №3, 1985 г.
В тексте сохранены орфография и пунктуация того времени
Читайте также:
