В это статье мы попытаемся раскрыть способ анализа и понимания кинематографа с феминистской и психоаналитической точки зрения на основании фильма "Двойная страховка".
В высшей степени фрейдистский подход, описанный Лорой Малви, не обязательно очевиден и актуален в каждом фильме и жанре, но он очень полезен для понимания "Двойной страховки" Билли Уайлдера, которая наглядно иллюстрирует некоторые моменты, высказанные как Лорой Малви, так и Молли.
Типичная американская женская мечта
В «Двойной страховке» нет сомнений в том, что Филлис Дитрихсон, неудовлетворенная жена богатого пожилого мужчины, сексуально овеществляется как по образам фильма, так и по отношению к другим персонажам. Она красивая и очаровательная женщина, едва старше Лолы, дочери своего мужа от предыдущего брака. Понятно, что она не испытывает истинной привязанности к своему мужу, особенно когда она начинает замышлять его убийство в надежде получить его страховку.
Очевидно также, что причиной его женитьбы на ней было нечто большее, чем поверхностное влечение к ее внешности. Он мало уважает ее как человека, о чем свидетельствуют ее собственные жалобы на эту тему, и постоянно ставит благополучие своей дочери выше благополучия своей жены. Этот образ мыслей наиболее очевиден в его решении застраховать свою жизнь от имени Лолы. В случае его смерти Лола получит все, а Филлис останется без гроша в кармане.
Печальная правда в том, что ему плевать, что случится с Филлис после его смерти. Лола - его семья, его плоть и кровь, и он хочет быть уверен, что она будет хорошо обеспечена. Филлис, с другой стороны, не человек. Она красивая игрушка, дорогое имущество, ходячее произведение искусства, на которое можно посмотреть и показать, но определенно не имеет права на собственную жизнь. Когда Дитрихсона больше нет рядом, чтобы наслаждаться ею, она может также перестать существовать. Он не чувствует необходимости заботиться о ней после своей смерти.
Фетишизм и вуайеризм
Несмотря на то, что он в основном отсутствует в фильме (в физическом смысле), мы все еще можем почувствовать, какой взгляд он бросает на свою новую жену из ее собственных слов и из анализа ее положения в семье. Его восхищение ее физической привлекательностью, похоже, находится на границе между тем, что Малви описывает как "фетишистскую скопофилию" и вуайеризмом. Он не в состоянии принять очевидные доказательства, указывающие на то, что этот прекрасный объект убил его первую жену, она безупречна по умолчанию, потому что она красива и желанна.
На еще более темном уровне она определенно более желанна, чем его больная, старшая жена, и поэтому служит желанной заменой. В то же время он не совсем возвышает ее до уровня божественности. Она все еще является объектом, которым он хочет обладать, иметь власть над собой, так что она всегда будет рядом, чтобы он мог на нее смотреть. Неудивительно, что он не единственный мужской персонаж, смотрящий на нее таким образом.
Образ самой Филлис
Описывая свою первую встречу, Уолтер Нефф, рассказчик и центральная мужская фигура фильма, сразу же вербализует то, как Филлис должна восприниматься как мужскими персонажами, так и зрителями. Его глаза вместе с камерой сразу же притягиваются к ее изогнутой фигуре, облегающей одежде и соблазнительному браслету. Камера следует за его похотливым взглядом, делая длинный крупный план рассматриваемого браслета.
Филлис становится "вырезом или иконой", как описывает Малви. Ее тело разбивается на части, как плитка шоколада, которую Уолтер и зрители рассматривают и смакуют по отдельности. Опять же, ей не дается достоинство быть целой личностью. Уолтер мгновенно притягивается к ней не из сострадания к ее затруднительному положению, не из восхищения ее остроумием или дерзостью, а из чистой похоти.
А как же сама Филлис? Является ли она на самом деле объектом или человеком, и в какой степени она пытается "кастрировать" мужских персонажей фильма? В отношениях с Уолтером она всегда прохладная и собранная. У нее нет ни стыда, ни угрызений совести, ни почти никаких чувств, кроме жадности и разочарования.
Даже ее окончательное признание в том, что она влюблена в него, можно интерпретировать как последнюю попытку спасти собственную жизнь, а не как проблеск гуманности. Предположительно, если Уолтер тронут ее признание и опускает пистолет, она все еще может повернуться к нему и убить его. В конце концов, она просто застрелила его несколько минут назад, и что действительно изменилось, кроме того, что он теперь тот, с пистолетом? Мы не можем знать.
