Это о Константине Рокоссовском. Вспомним, каким был маршал СССР и Польши в неформальной обстановке...
А если учесть весну без охоты (в Ленобласти весеннюю охоту отменили из-за вируса), новых авторских материалов про охоту не стоит ждать аж до середины августа. Ну где я наберусь новых впечатлений? Вот и остаётся разглядывать радостные сюжеты старины глубокой. Впрочем, кто-то из моих читателей, возможно, застал те времена, хотя бы мальчишкой...
Сегодня мы вспомним о маршале Константине Константиновиче Рокоссовском, который помимо того, что являлся одновременно единственным маршалом СССР и Польши, дважды Героем Советского Союза, был еще и заядлым охотником, членом ВОО.
«Охота была для деда самым большим увлечением. У нас на даче висели многочисленные трофеи — оленьи рога, клыки кабанов и даже голова громадного волка, которого он убил где-то в Польше», — вспоминает внук Рокоссовского, тоже Константин Константинович.
На момент завершения Великой Отечественной войны Рокоссовскому было уже 49 лет, возраст солидный, но еще далеко не старик. Отдав долг своей второй родине (все-таки родился он в Польше, которая в 1896 году входила в Российскую империю под именем Царства Польского), Константин все еще мог наслаждаться своим любимым занятием в полную силу.
Конечно, с возрастом охота на крупную дичь стала слишком тяжела даже для такого целеустремленного жизнелюба, каким был Рокоссовский. Казалось бы он мог себе позволить многое, стоять на номере, как будет делать Брежнев через несколько десятилетий после него, и ни в чем себе не отказывать. Привезли бы, прямо на него зверя бы выгнали, только на спуск нажимай. Советский Союз высоко оценил его военные заслуги (несмотря на довоенные репрессии, которым подвергался будущий маршал) и это была самая малость, о которой, впрочем он никогда не просил. Гордый был человек. Да и не любил он такую охоту.
«Патроны дед набивал себе сам. У него был специальный набор, чтобы делать патроны, кроме того, он выписывал журнал "Охота" и черпал оттуда всякие рекомендации», — вспоминает внук.
Уже в возрасте глубоко за шестьдесят Константин Константинович продолжал охотится по птице, любил охоту на уток. По воспоминаниям товарищей, никогда не стрелял по сидящей птице. Ждал, когда взлетит или специально спугивал её, чтобы взять уже в полете. Казалось бы давал шанс, но стрелком он был хорошим, промахи случались редко.