Усталость начинала сковывать конечности детей, они пробирались уже несколько часов. Монотонный вид сухих коряг, торчащих из серой топи, казался одинаково повторяющимся.
— Слава богу, ещё не темнеет, а то совсем как-то неохота на ощупь тут лезть… ноги сломаешь, к чёрту… — чертыхнулся Вадим, сплевывая в бок.
— А давайте, каждый расскажет свой любимый день, который он помнит? — предложил Андрей, — это хоть отвлечёт нас немного… Генка, ты первый!
— А чё я?.. Кто предложил тот и первый!
— Хорошо… в то лето мы с отцом, вдвоём рванули на Узюмкуль рыбачить с резиновой лодки… У бати есть настоящая «уфимка»…
— Нормально! Вещь!.. — понимающе кивнул Вадим.
— Ага… ну мы с ночёвкой приехали, вечером плохо клевало, я, лично только трёх карасиков поймал. Зато с утра, как только стало светать, начался клёв… настоящий! Никогда ещё я такого не видал! Одна за другой… наверно штук пятьдесят поймал карасей да карпят… но не это самое классное… Потом клюнул карпище, здоровенный… У меня трубка железная, на соединении бамбуковых колен, загнулась… прикиньте…
— Ух ты… ну так что? Ты его вытащил?
— Да! Минут пятнадцать подтаскивал в воде, к лодке, там уж батя его подсачником затащил… представляете, четыре килограмма весил!
— Эх… сюда бы его, я бы даже сырым съел… немного соли и вкуснятина! — размечтался Леша, жмурясь.
— Толстый, ты как всегда! — хихикнул Вадим, — а у тебя какой день самый-самый? Спорим, связанный с едой!
— А вот и нет, — немного обиделся Леша, — у меня есть настоящий день, который я никогда не забуду!
— Ну ка, ну ка!? Вот прямо заинтраговал, ой, заинтриговал! — улыбнулся Генка, с трудом выговорив последнее слово.
— В том году, в августе, мы всей семьёй на Чёрное Море летали, в Лермонтово были…
— Ой, ну на Чёрном Море я тоже был, целых два раза… нашёл чем удивить…
— Нет, Вадян… не просто море, а один день, который я никогда не забуду, и который мне будет долго ещё сниться!..
— Ну, давай, не томи! — чуть не крикнул, любопытный Андрюха.
— Это было двадцать третье августа, я на круге заплыл за буёк, и он лопнул!
— Кто? Буёк?
– Дурак ты Вадян, круг, на котором я плыл…
— Ну и что? И поплыл бы без него…
— А я плавать не умею!
— Ух ты! — выдохнули друзья, история становилась всё интересней, — и как же ты? Кто-то рядом проплывал?
— Ага… я стал тонуть и уже в воду стал погружаться и хопа… под рукой почувствовал что-то скользкое, большое и живое!
— Ооогооо!
— Это был дельфин… настоящий, гигантский! Я ухватился за его плавник на спине, и он меня потащил к берегу… Честное пионерское! Несколько раз соскальзывали руки, но он опять под меня подплывал. Так до пляжа мы худо-бедно, дотянули, там было столько народу и все видели, как я на дельфине приплыл! Потом можете у моих родителей спросить, если не верите, они подтвердят!..
— Круто! Офигеть! — друзья посмотрели на Толстого совсем другими глазами, такой истории они не слышали, разве что в "технике молодёжи" что-нибудь примерное читали, в разделе фантастика.
После такого минут пять мальчишки шли в тишине, думая о дельфине.
— Сюда бы его? — наконец изрёк Гена, и все поняли, о ком он, — и так же бы нас спас и вытащил с этой вонючей трясины… Сил уже нет идти… а комаров, если что, до сих пор нет!
И мальчишки продолжили хмуро свой путь, Генка всем умудрился испортить настроение, после такого захватывающего воспоминания.
— А к нам, на даче, каждое утро приходит седой такой ёж… — попытался отвлечь от печальных мыслей, Вадим.
— И что?
— Да ничего, просто приходит и мама ему в блюдечко молоко наливает. Он, даже позволяет себя на руки брать, немного пыхтит, правда.
— Прикольно! Я читал, они мышей ловят, полезные животные, — покрасовался эрудицией, Андрюха, — а вот в мультиках показывают, как будто они грибы собирают на колючки. Это ложь, такую гадость они не едят…
— А я бы и сырые их съел, но лучше жаренные и с картошкой… прямо вот так! — и Толстый, кривляясь, стал показывать руками, как он бы их засовывал себе в рот, причмокивая.
Мальчишки весело засмеялись, сзади идущий, Вадян, потрепал Лешку на волосы. — Леха, ты не исправим!
— Ура! Дошли! — закричал впереди Дюша, выпрыгивая из воды на шуршащую траву. — Успели дотемна… мы просто, пацаны, нереальные везунчики!
— Угу… — нотки сарказма прозвучали у Вадяна в голосе, — Глядите!
И он указал на чёрные угли, около кривой берёзы, рядом четыре наста из веток, а ещё на камне лежало нечто, смутно напоминающее скомканную спичечную коробку.
— Это мои промокшие спички… мы ходили по кругу, пацаны, если кто ещё не понял! — чуть не крикнул последние слова, Вадим, плюхаясь в траву.
— Нет… не верю! — побежал вперёд Андрей, — этого не может быть!
— Дюха!..
— Пускай бежит, Ген, это же остров… — вздохнул печально Вадян, — никуда он отсюда не денется…
— Как такое могло произойти? — удивился Толстый, пристраиваясь рядом.
— Есть такой закон, по природоведении училка нам рассказывала, если человек заблудился, и нет компаса, то по какому-то принципу, он ходит по кругу. Я ей тогда не поверил… показалось глупость несусветная… А теперь верю!..
