Кое-что остается неизменным для всех поколений, например извечная проблема принятия самого себя.
Тема новой книги Холли Борн «Эви хочет быть нормальной» обозначена в заглавии. Главная героиня страдает от обсессивно-компульсивного расстройства, и все, чего она хочет — снова стать обычной девчонкой. Каждая из подруг Эви тоже по-своему «не вписывается» в общество, и всем им еще только предстоит принять и полюбить себя.
— А ты после какого фильма полюбила кино?
— «Эдвард Руки-ножницы», — с улыбкой ответила я, припоминая свой первый просмотр этой картины. — Знаю, странный выбор.
— Что, серьезно?
— Ага.
Мой первый просмотр фильма «Эдвард Руки-ножницы»
Моя болезнь только началась, и никто еще не знал, что это и откуда оно взялось. Мама в очередной раз попыталась было выпроводить меня в школу, но я забаррикадировалась у себя в комнате, придвинув к двери всю мебель.
Вы когда‑нибудь баррикадировались в комнате? Как по мне, это вернейший признак того, что ты слетел с катушек. А следом за ним на тебя неизбежно обрушивается поток эмоций, так долго сдерживаемый мозгом, и все твои мысли мигом превращаются в монстров, которые порабощают твой разум и начинают твердить тебе, что лучше уже никогда не будет. Что отныне твоя жизнь будет только такой. Полной страха, страданий и смятений. Мама колотит в твою дверь, кричит, что сейчас пожалуется на твои прогулы в полицию, но тебе все равно — главное, чтобы не пришлось выходить из дома.
В конце концов мама сдалась, решив, что, если она перестанет обращать на меня внимание, я «рано или поздно перебешусь» —именно такая мысль всегда приходит в голову родителю, чей ребенок начинает сходить с ума. Меня оставили в покое. Точнее сказать, в безумии.
Беда в том, что водоворот бредовых мыслей быстро надоедает мозгу. Впрочем, все равно не настолько, чтобы встать, отодвинуть мебель, открыть дверь и сказать: «Ладно, пойду в школу». Постоянные рыдания ужасно выматывают, и вскоре, учитывая, что ты забаррикадировалась в комнате и воды тут нет, тебе становится просто нечем плакать. Так что в какой‑то момент я стала искать, чем бы заняться, наткнулась на старый DVD-диск, который когда‑то дала мне Джейн (одно время она просто с ума сходила по Джонни Деппу), и вставила его в ноутбук.
Фильмы меня никогда особо не интересовали. Я привыкла, что они идут фоном у друзей в комнате, когда заглядываешь к ним в гости, или что их смотрят в Рождество, когда все члены семьи уже порядком устают друг от друга. Но стоило только «Эдварду Руки-ножницы» с этой его тревожной музыкой, снежной бурей и удивительной волшебной атмосферой начаться, как случилось чудо. Фильм отвлек меня от всего, что творилось в моей голове. На блаженные полтора часа я с головой погрузилась в историю странного паренька, не похожего на других и живущего в тоскливом захолустье — совсем как я. Это был настоящий праздник для мозга! Эта прекрасная, пронзительная, безупречная история изменила меня.
С тех пор мир кино стал для меня единственным убежищем. Я наслаждалась одной картиной за другой, отдавая предпочтение романтическим фильмам. И по мере того, как мой разум мутнел все сильнее и сильнее, потом начал потихоньку проясняться, стопка с дисками становилась все выше, а мое знание кинематографа — все глубже.
— А почему именно «Эдвард Руки-ножницы»? —
поинтересовался Оли, округлив глаза.
— Да так, просто люблю Тима Бертона, — коротко ответила я.
Роману удается говорить на серьезную и непростую тему со здоровой долей юмора. Автор подводит читателя к мысли о том, что «нормальность» — это очень относительное понятие и в любой ситуации важно не терять себя.
Полистать книгу можно здесь.