Бенуа Александр Николаевич любил и ценил театр, отлично в нем разбирался. В 1908—1911 годах он был художественным руководителем балетной антрепризы Сергея Дягилева в ее, наверно, самые триумфальные сезоны.
Тем зрителям, которые сегодня задается вопросом о пределах интерпретации классический произведений на сцене театров, предлагаю прочитать отрывок из воспоминаний А.Н. Бенуа.
Бенуа писал: "Ныне в “наиболее передовых” проявлениях балетного творчества я нахожу тот же “психоз экспериментализма во что бы то ни стало”, который благодаря действиям “профессиональных дерзателей” (вроде Мейерхольда) уже привел драму к весьма печальному кризису. Впрочем, как раз в области драмы за последнее время уже намечается известное отрезвление; ересь как будто начинает себя изживать, и этому я от души радуюсь. Однако насколько я был бы еще более счастлив, если бы я увидал, что и в области, особенно близкой моему сердцу, в балете, происходит такое же прояснение, что балет выбирается из того тупика, в который его загнали под рукоплескания толпы.
Все течет, все меняется, все должно меняться, все не может не меняться. Однако через все изменения в человеческом художественном творчестве проходит одна живительная струя — та самая, что придает ему характер подлинности — это искренность. Истинная радость получается от сознания, что творение — будь то пластические образы (в том числе и спектакль), будь то музыкальные звуки, будь то мысли и слова — соответствует какой-то внутренней подсказке или тому, что принято называть “вдохновением”.
Но только пока это соответствие существует, рождается подлинное искусство и рождается красота; когда же оно заменяется суетным желанием поразить и удивить новизной или, что еще хуже, желанием “быть по моде”, то искусство и красота исчезают, а на место их является унылая подделка, а то и попросту уродство".