Это небольшой фанфик по фэндому «Гарри Поттер». Рассказ о юной волщебнице в школе Хогвартс, которой суждено узнать тайну Волшебной флейты, найти возлюбленного и спасти школу от эпидемии.
«Сили Каванс и Волшебная Флейта»
Глава 1 Тайный возлюбленный.
Глава 1. Тайный возлюбленный
Трудная учебная сессия подошла к концу. Последние зачёты и экзамены были сданы, и мысленно студенты уже сидели за праздничным столом, разворачивали яркие подарки и смеялись в кругу семьи.
Рождество одинаково широко праздновали и волшебники, и маглы: в этот день было принято дарить подарки друзьям и родственникам, украшать дома наряженными ёлками, развешивать мишуру и с радостным грохотом взрывать хлопушки.
На время рождественских праздников в Хогвартсе объявлялись каникулы. Студенты могли отправиться домой на целый месяц или остаться в школе. В этом году Рождество в Хогвартсе обещало быть особенно торжественным, поэтому почти все учащиеся решили провести здесь хотя бы первые две недели.
Сили Каванс тоже оказалась среди «оставшихся». Все её родные жили в России, и одна только дорога туда и обратно заняла бы все каникулы. Вместе с близняшками Бриджет и Мегги Браун, а также с Кэролайн Вон, Сили спускалась в общую гостиную Гриффиндора. Девочки наслаждались волнующим моментом ожидания — подарки приносили ночью, пока все спали, и теперь оставалось лишь дождаться своей очереди.
В гостиной стояла огромная ель, украшенная двенадцатью сияющими гирляндами и свечами. Над камином висел пышный венок из омелы, а под потолком летали Снежные феи, создавая иллюзию мягкого снегопада. Всё вокруг выглядело сказочно, и настроение поднималось так высоко, словно вот-вот достигнет башни сов, которые, к слову, с нетерпением ждали, когда смогут разнести поздравительные открытки.
Неподалёку от ёлки, окружённой плотной толпой студентов, стоял изящный диван с бордовой тканевой обивкой и золотыми витыми ножками. Девочки устроились на нём, решив подождать, пока остальные разберут подарки. Рядом, на стенде возле объявления о пропаже «золотого» кролика, висела яркая афиша — напоминание о предстоящем рождественском бале-маскараде между школами магии и волшебства. Девочки ждали этого дня с особым трепетом и ещё месяц назад начали засыпать родителей просьбами прислать красивые платья и костюмы. Директор МакГонагалл заранее позаботилась о том, чтобы родители Сили не забыли о бале и вовремя отправили посылку.
Тем временем по лестнице уже спускались мальчишки. Кто-то недовольно косился на визжащих девчонок, а кто-то стеснялся признаться, что сам ждёт бал не меньше остальных.
Атмосфера в гостиной была шумной и беспорядочной.
Оливер, выглядевший как помешанный ботаник, получил в подарок от родителей какой-то экзотический цветок и с фанатичным упорством пытался вырвать его из горшка. Он с жаром уверял окружающих, что растение обладает уникальными лечебными свойствами, разбрасываясь слюнями и аргументами.
Эрос задумчиво смотрел в окно на заснеженное озеро и окрестности замка — вероятно, снова мечтал о морских путешествиях и подводном плавании у Галапагосских островов.
Кристофер не выпускал из рук баскетбольный мяч, выполняя сложные финты и ловя на себе взгляды зевак. Остальные либо распаковывали подарки, либо готовились к завтраку, либо всё ещё спали в своих кроватях.
А Бриджет и Мегги бурно обсуждали костюмы:
— Как в XVIII веке: с панье и корсетом, только без шлейфа, — хвасталась Бриджет.
— А у меня, а у меня… — начала было Мегги.
— Похоже на моё, только цвет другой. Сама ничего придумать не смогла, — бестактно перебила сестра.
— Ничего подобного, я… ты… — Мегги раздражённо задыхалась.
— Ты же будешь королевой Анной, а я — Жар-птицей. Это совершенно разные платья и маски… ой…
Мегги резко замолчала, широко распахнула глаза, прикрыла рот ладонями и плюхнулась на диван.
Глаза Бриджет вспыхнули ярче огня в камине. Она уже собиралась разразиться гневной тирадой, как вдруг —
ШМЯК.
Что-то вязкое и холодное расплющилось по половине её лица. Бриджет замерла, медленно повернулась к девочкам и пискляво вскрикнула:
— ЧТО ЭТО ТАКОЕ?!
Сили взглянула на испуганное, измазанное грязью лицо подруги и, едва сдерживая смех, подошла ближе:
— Бриджет, наконец-то ты показала нам своё настоящее лицо.
Гостиная взорвалась смехом. Комья мокрой земли стекали Бриджет за воротник. Она коснулась щеки и с ужасом убедилась, что это действительно грязь. Оливер перестарался: сорняк поддался и вырвался из горшка вместе с землёй. Бриджет была так зла, что готова была надеть этот горшок ему на голову, но виновник уже исчез. Оливеру стало мучительно стыдно — он не осмелился бы даже взглянуть Бриджет в глаза и извиниться. Она ему всегда нравилась.
К удивлению всех, Бриджет рассмеялась и вместе с сестрой отправилась умываться.
— Королева Анна… — хмыкнула Кэролайн им вслед. — Королева мокрых волос и грязи.
Сили поддержала смех, но в этот момент раздался насмешливый голос:
— А ты чего смеёшься, толстуха? — фыркнул сероглазый Терри Тетчер.
Он был на курс старше, язвителен и жесток на язык. Хоть Сили и была полноватой, толстой её назвать было нельзя. Терри умел довести до слёз кого угодно — даже преподавателей, но его выходки часто прощали из-за его выдающихся способностей.
— Родители, наверное, прислали тебе картофельный мешок вместо платья. Или костюм слизняка… жирного слизняка, — продолжал он, корча гримасы.
— Заткнись, Тетчер! — вспыхнула Сили. — Ты такой противный, что тебе и костюм не нужен. Будешь одногорбым слизнем или бычком-психролютом!
Свидетели ухмыльнулись, а Кэролайн расплылась в широкой улыбке: Сили редко позволяла себе колкости.
— Ты права, мне костюм не нужен. Я вообще не иду на бал, — бросил Терри и, подтащив кресло к камину, начал бросать в огонь скомканные бумажки. — Бал уродов…
— Тогда зачем ты остался в Хогвартсе? — удивилась Кэролайн.
— Родители уехали. Какое тебе дело? Если бы мог — уехал бы, лишь бы не видеть ваши рожи… и этих тоже, — пробормотал он.
Наверное, он не захотел проводить Рождество с одной только бабушкой, — подумала Сили, но не успела ничего сказать: Кэролайн уже заметила освободившийся проход к ёлке и потянула её за рукав.
Подарков осталось немного. Кэролайн открыла большую синюю коробку и взвизгнула от радости: хоккейные коньки и новая клюшка.
— Это же «Инезит-2016»! — восторженно вскрикнула она.
Кэролайн родилась в Канаде и с детства стояла на коньках. Именно она на первом курсе добилась открытия в Хогвартсе секции магловского хоккея, и теперь у каждого факультета была своя команда.
— А у тебя что? — спросила она, не отрываясь от подарка.
Сили получила открытки от Хагрида и профессора МакГонагалл. Посылки с платьем не было. Россия была далеко, а трансгрессия стоила слишком дорого.
— Только открытки… — тихо сказала она. — Значит, на бал я не иду.
Сёстры Браун тоже открывали подарки. Бриджет получила золочёную корону с зелёными фианитами, Мегги — карманный граммофон и коллекцию песен любимой группы.
Сили знала, что близняшки — приёмные. Их удочерили богатые маглы Брауны, когда девочкам было по десять лет.
Когда подарки почти закончились, Сили заметила фиолетовую открытку с фотографией семьи.
— Терри, тебе, — сказала она и протянула открытку.
Он выхватил её, сунул в карман и молча ушёл в спальню.
Филч уже звонил в колокол, созывая всех на завтрак. Полная Дама распахнула портрет, и студенты медленно потянулись вниз по лестнице.
Зал был украшен так же торжественно, как и весь замок. С заколдованного потолка медленно падал снег, столы были накрыты праздничными скатертями в цвет каждого факультета, а вдоль стен тянулись цветные полотна и венки из еловых ветвей. Когда студенты расселись по местам, в зал начали входить гости — учащиеся других школ магии.
Колдовстворец (Россия) появился первым. Студенты были одеты в ярко-синие костюмы, напоминавшие военную форму с погонами. Вместо директора их сопровождал другой мужчина — с резкими чертами лица и отталкивающей внешностью.
— Я так и не поняла, когда у них сменился директор? — недоумённо прошептала Мегги.
— Всё же какой он урод… бр-р, — с отвращением добавила Кэролайн так громко, что Колдовстворцы вполне могли её услышать.
Следом вошли студенты Шармбатона (Франция). Девушки были в шелковых голубых платьях, а юноши — в элегантных костюмах с мантиями.
Появление Махотокоро (Япония) вызвало лёгкое замешательство: ученики были в мантиях самых разных цветов — золотых, розовых, алых. Казалось, это сделано специально, чтобы хоть как-то различать их, потому что внешне они были похожи друг на друга, как две капли воды. За ними шёл директор — лысый пожилой мужчина, ростом чуть выше профессора Флитвика.
— Интересно, он специально бреет голову или волосы у него совсем не растут? — задумалась Мегги.
— Он же монах. Они все лысые и очень умные, — ответила Бриджет.
— Теперь понятно, почему у тебя так много волос, — подколола Кэролайн. Бриджет уже успела надуть губы и нахмурить брови, но тут же отвлеклась на следующую процессию.
Дурмстранг (Северная Европа) шагал строем. Студенты были в кроваво-красных мантиях с воротниками из клочковатого меха. Сначала показалось, что среди них нет ни одной девушки, но приглядевшись, можно было заметить одну — ниже остальных ростом и удивительно миловидную. Их директором оказался Виктор Крам, финалист последнего Турнира трёх волшебников.
Директора школ заняли места за преподавательским столом рядом с профессорами Хогвартса.
Минерва МакГонагалл, директор Хогвартса, с годами почти не изменилась: всё та же ярко-изумрудная мантия, только волосы, собранные в тугой узел на затылке, заметно поседели. Не вставая с трона, она приветственно улыбнулась и громко объявила:
— РОЖДЕСТВЕНСКИЙ ЗАВТРАК! Всех с праздником!
Золотые тарелки тут же наполнились едой. Домашние эльфы приготовили яичницу с ветчиной, тосты с маслом или джемом на выбор, тыквенный сок и горячий чай.
Во время завтрака студент Слизерина Пол Томсон подсел к Сили и бесцеремонно стащил ветчину из её тарелки.
— ПОЛ! Ах ты ворюга! — возмутилась Сили, делая вид, что сейчас ткнёт его вилкой.
— Спокойно, спокойно. У меня сегодня тренировка — нужно мясо, — усмехнулся Пол. — А ты, как лучший друг, любезно поделилась.
В зале стоял шум и весёлый гомон. Иностранные школы прибыли ещё накануне, и некоторые студенты уже успели подружиться.
В этот момент в зал вошёл Терри Тетчер. Он вполне мог бы пренебречь завтраком и вовсе не приходить, но сегодня демонстративно опоздал.
— Ему обязательно нужно было заявиться позже всех, чтобы на него обратили внимание, — фыркнула Бриджет.
— Тебе жаль, что сама до этого не додумалась? — усмехнулась Кэролайн.
— И почему он так всем нравится? Он же омерзителен своим поведением, — риторически заметила Сили.
— Именно поэтому. Хулиганы всем нравятся, — ответил Пол.
— А ещё красавчики и спортсмены, — добавила Мегги.
— Да-да, может, хватит обсуждать его каждый день… красавчик и спортсмен, хм, — сказала Кэролайн и потянулась за джемом.
В этот момент рядом с ней уселся Кристофер, перекрыв доступ к сладкому.
— Красавчик и спортсмен? Душа моя, это ты обо мне? — спросил он с полной серьёзностью.
— Отвали, Кристофер, — отмахнулась Кэролайн, словно от назойливой мухи.
— Крошка моя, как мне передать тебе свою любовь?
— Передай её вместе с тем персиковым джемом у тебя за спиной.
Ничего особенного больше не происходило. Только Оливер так и не появился — вероятно, из-за Бриджет. Хагрида тоже не было.
До вечера оставалось много времени, и все разбрелись кто куда: Бриджет и Мегги поспешили в спальню слушать граммофон; Кэролайн отправилась на тренировку, отчитывая команду за неполный состав; Эрос ушёл в библиотеку изучать путешествия знаменитых мореплавателей; а Сили и Пол решили навестить Хагрида, чтобы поздравить его.
— Мне нужно только забежать в спальню, — сказала Сили. — Подождёшь?
— Зачем? Пошли сейчас, — нахмурился Пол.
— Подарок Хагриду у меня там.
— А-а… ладно. Я буду у портрета Белого Графа.
Сили торопливо поднималась по лестницам — широким и просторным, узким и шатким. Она ловко обходила кучки студентов и едва не шагнула на ступеньку-ловушку. Пройдя длинный коридор-галерею с гобеленами и картинами, жители которых без конца навещали друг друга, она услышала, как заколдованные доспехи распевают рождественские гимны.
— Сырный хлеб, — назвала пароль Сили у портрета Полной Дамы.
— Проходите! — визгливо ответила та, явно раздражённая суетой.
В гостиной царил беспорядок: скомканная упаковочная бумага, коробки, фантики и громкий гомон. Из спальни уже доносилась быстрая поп-мелодия. Там собралась почти вся девичья половина Гриффиндора — вокруг граммофона.
Сили подошла к своей кровати у окна с видом на Гремучую иву, поправила покрывало и достала из тумбочки подарок Хагриду — огромное яйцо размером с кочан капусты. Оно уже начинало теплеть. Она завернула его в серую шаль, но тут заметила письмо на изголовье кровати. Без подписи.
«Может, от родителей…» — подумала она и открыла конверт.
Я влюблен в тебя с первого курса,
С тех пор мысли лишь о тебе,
От чувств я напал на искусство,
И излагать могу только в письме.
Я хотел признаться в своих чувствах тебе и раньше, но это было невозможно. Бал-это единственно место, где мы сможем увидеться. В девять часов я найду тебя в зале.
Я буду в Золотой маске».
Слова будто оглушили её. Шум в комнате исчез, словно она осталась одна. Сили перечитала письмо ещё раз — и ещё. Щёки вспыхнули. Радость смешалась с тревогой: а вдруг это злая шутка? Она спрятала письмо и решила никому не рассказывать.
С яйцом в руках она отправилась к портрету Белого Графа…
.
Приблизившись, Сили видела, как Пол что-то обсуждал с Графом и шагал из стороны в сторону. Картина находилась в холле на входе в замок, и там было холодно.
- Давай пошли, пока я не превратился в ледяную статую – сказал Пол – Граф, еще увидимся...
Хагрид жил в небольшом домике между замком и Запретным лесом. Уже на половине пути яйцо начало ощутимо теплеть и тихо потрескивать. Ребята бежали — на улице стоял пронизывающий холод, от которого сводило пальцы.
Они постучали. За дверью послышалось шуршание и скрип половиц.
— Хагрид, открывай, это мы! Очень холодно! — вскрикнул Пол.
Дверь распахнулась. На пороге стоял самый большой человек, которого Сили когда-либо видела: втрое выше неё и, казалось, раз в пять шире. Ещё лет пять назад он выглядел иначе, а теперь заметно подсох и поседел.
— Ох-хо, ребята… какой сюрприз! Заходите, заходите, — прогудел Хагрид голосом, похожим на рычание.
Хижина была тесной и состояла из двух комнат — общей и кладовой. Недавно Хагрид пристроил амбар для заготовок; тот напоминал огромную конуру справа от входа. В воздухе витал стойкий запах залежавшейся дичи, а взгляд то и дело натыкался на самые разные склизкие грибы, расставленные тут и там.
Сили всё ещё держала яйцо, завёрнутое в серую шаль, за спиной. Пол стряхивал снег с её пальто, Клык храпел в углу у камина, а Хагрид уже суетился у очага, ставя чайник.
— Хагрид, у нас для тебя есть подарок, — начала Сили.
— Да ну что вы… кхе-кхе… какой ещё подарок? — покашливая, отозвался он, не отрываясь от воды.
— Хагрид, отвлекись и посмотри на нас, — повысил голос Пол.
Хагрид обернулся и, нахмурившись, сел за стол.
— Хагрид, мы поздравляем тебя с Рождеством… уже пятое Рождество мы загадываем, чтобы ты ещё долго… — начал Пол.
— Пол, быстрее, он сейчас вылупится, — прошептала Сили.
— Да-да… мы знаем, что ты больше всего хочешь, и дарим тебе…
Сили осторожно положила яйцо на стол и сняла шаль. Скорлупа тут же треснула, и из неё показалась крошечная голова. Глаза Хагрида мгновенно наполнились слезами. Он бережно поднял мокрое, липкое существо на руки.
— Ребята… это же… как же… это ведь незаконно… — прошептал он.
— МакГонагалл договорилась с твоими старыми друзьями из Министерства магии, — сказала Сили.
— Это карликовый дракон. Ты можешь оставить его, — добавил Пол.
Хагрид порозовел, вспотел от волнения и прижал маленького зелёного дракона к груди так крепко, что тот запутался в его густой бороде.
— Ты мой маленький Норберт… теперь ты точно будешь со мной.
— Хагрид… — осторожно начала Сили. — Может, не стоит его так называть?
— Это ещё… кхе-кхе… почему? — удивился лесник.
— Ну… Норберта у тебя ведь тогда забрали, — напомнил Пол.
— Может, этому стоит дать другое имя, — добавила Сили.
— Может, вы и правы… бедный Норберт, — снова всхлипнул Хагрид. — Зато теперь у меня есть… ээ… Ричард.
— Хагрид, ты случайно не заболел? — спросил Пол. — Ты кашляешь.
— Приболел малость, — посопел тот. — Так что вам, пожалуй, не стоит здесь задерживаться.
— Да брось, ты же наш друг, — сказала Сили. — Может, сходишь к мадам Помфри?
— В Рождество? Зачем портить праздник, — отмахнулся Хагрид. — Мне ещё не дурно, само пройдёт.
Они провели у Хагрида почти весь день, даже пропустили обед. Лесник рассказывал, как провёл отпуск в тайге, каких диковинных животных встречал и как местные мальчишки с криками «СНЕЖНЫЙ ЧЕЛОВЕК!» разбегались при его виде. Сили слушала с особым вниманием — ей ужасно не хватало родителей и России.
Ближе к вечеру они с Полом возвращались к замку.
— О, сладкая парочка, — раздался голос из темноты. — Держу пари, на бал уродов вы вместе пойдёте.
Они обернулись — это был Терри Тетчер.
— Чего тебе надо? Бесишься, что сам не идёшь? — ухмыльнулся Пол.
— Ну да, конечно. Вас уже все обыскались. Я так и думал, что вы у этого чудика, — ответил Терри.
— И решил нас поискать? Как мило, — усмехнулся Пол.
— На тебя это не похоже, — сказала Сили.
— Откуда тебе знать, какой я вообще? Толстуха, — фыркнул Терри и ушёл.
— Ненормальный, — пробормотала Сили, и они направились в замок.
Уже в холле Сили вдруг вспомнила важное.
— Пол, я не могу пойти на бал. Почта так и не прилетела.
— Ты не можешь не пойти. С кем же я тогда буду танцевать?
— Ой, брось. Уверена, желающие найдутся, — усмехнулась Сили.
— Не обязательно платье. У тебя же есть другое. Или можешь у кого-нибудь попросить.
— Нет, — твёрдо ответила она. — Ни у кого просить не буду.
— Ладно. Я всё равно буду ждать тебя у входа в шесть, — сказал Пол и ушёл в подземелья Слизерина.
Сили поднялась в гостиную Гриффиндора, увидела суетливые фигуры и вспомнила о письме. Испугавшись, что его могут найти, она поспешила в спальню.
Мегги уже была в своём платье-контуше из плотной ткани огненных оттенков — оставалось лишь заколоть волосы и затянуть корсет. Она помогала Бриджет надевать нижнее платье. На кровати лежала верхняя часть наряда — тяжёлый зелёный шёлк с золотой вышивкой по краям.
— Затягивай туже! Оно же на мне висит! — крикнула Бриджет.
Она была выше сверстниц, и, будь её рост чуть меньше, не казалась бы такой худощавой.
— Но оно тебе велико… — протянула Мегги.
— ЗАТЯГИВАЙ!
Сили, восхищённая их нарядами, прошла к своей кровати, задернула балдахин, достала письмо и снова начала перечитывать.
«Кто это может быть? С первого курса… Почему письмо появилось только сейчас? И как он вообще попал в мою спальню? Это может быть только гриффиндорец — лестница заколдована. Значит, кто-то из девочек… но кто?»
Мысли оборвал визг Бриджет. Сили выглянула из-за балдахина и увидела двух сов, которые с разных сторон тащили коробку на толстой верёвке. Та была мятая и вся в птичьем помёте.
— Какая гадость! Они меня напугали! — взвизгнула Бриджет, и её длинные белоснежные волосы соскользнули с плеч.
На коробке было написано: «Сили Каванс. От родителей».
Сили открыла её. Внутри лежало маскарадное платье и карточка:
«С Рождеством, дорогая».