Земля русская хранит память множества битв, случавшихся за ее многовековую историю. И в каждой находились герои, о которых слагали легенды, передаваемые от отца к сыну, от деда - к внуку. Это были и рядовые солдаты, и бравые офицеры, и покрытые славой военачальники, и простые ополченцы. Могилы русских солдат-освободителей есть и в Европе, и на Балканах, и в Америке. И Россия помнит своих Героев. О них наш рассказ.
Взятие Измаила
Во времена русско-турецкой войны 1787-1791 годов турецкий Измаил был неприступной крепостью. Построенный французскими и немецкими военными инженерами, он был окружен 25-метровыми стенами, рвом глубиной 10 м и земляным валом. Гарнизон Измаила насчитывал 35 тыс. опытных турецких воинов. Крепость осаждали армия генерал-фельдмаршала Потемкина и флот де Рибаса вплоть до ноября, но ее взятие состоялось позже –под предводительством Александра Суворова. Утром 22 декабря 1790 года турки получили ультиматум от русских парламентеров с предложением сдаться, но их ответ был: «Скорее Дунай потечет вспять и небо упадет на землю, чем сдастся Измаил». Под стенами Измаила завязалась жестокая схватка. Было пролито немало крови, прежде чем в битве наступил перелом. Суворов применил хитрость – стремительную рассыпную атаку. Правой рукой его в этом бою был Михаил Кутузов. Твердыня пала. Турки потеряли 26 тыс. из 35, русские – 5300 солдат. Через год был подписан долгожданный мирный договор. Турция признавала права России на Крым, Кубань и Грузию, русским купцам полагались льготы для торговли на турецкой территории.
Великий русский полководец и военный теоретик князь Александр Васильевич Суворов начал свою военную карьеру в армии капралом (1729-1800). Он не проиграл ни одного сражения, и все они были при численном превосходстве неприятеля. Самым известным стал переход Суворова через Альпы (1799 год). Кроме него на переход Альп по «карнизам» решились лишь Ганнибал (218 год д. н. э.) и Наполеон (1796 год). Разделяя со своими «солдатушками» все тяготы походной жизни, Суворов всегда находил нужные слова, чтобы воспитать в них победный дух защитников Отечества. Незадолго до своей смерти он так сказал о себе художнику, присланному курфюрстом Саксонским для написания портрета полководца: «Ваша кисть изобразит черты лица моего: они видимы, но внутренний человек во мне скрыт. Я должен сказать вам, что я лил кровь ручьями. Трепещу, но люблю моего ближнего, в жизнь мою никого не сделал несчастным, не подписал ни одного смертного приговора, не раздавил моей рукой ни одного насекомого, бывал мал, бывал велик».