Я видел, как одному мальчику со двора разбили голову щебенкой, а двух других пинали парни из машины с проколотым колесом. Несмотря на это, страсть к опасным играм никуда не делась. Неподалеку от нашего дома строили магазин, рядом с которым кто-то оставил несколько старых оконных стекол. Понятно, что у этих стекол не было шансов остаться целыми.
Тем более что за пару месяцев до этого мы нашли на свалке кинескоп и не без труда его разбили. Все были в восторге, когда он взорвался после прямого попадания кирпича. Хотелось повторить что-то подобное.
Мы поставили стекла к стене, отошли метров на 15 и стали швырять в них щебенкой. Стекла дробились на мелкие осколки, которые мы добивали с ближней дистанции. Количество стекла и камней у стены росло.
В очередной раз, когда мы подбежали ближе, чтобы расколотить один из осколков, я поскользнулся на щебенке и упал в кучу битого стекла. Когда я поднялся, из указательного пальца левой руки на сгибе торчал осколок, из-под разрезанной кожи белел сустав. Тут же потекла кровь. Много крови.
Я вытащил осколок и засунул палец в рот. С мелкими ранами это обычно помогало, но не в этот раз. Крови было слишком много, и она не останавливалась. Я ушел на песочницу, сосал палец и сплевывал кровь. Вскоре она перестала течь.
Через несколько часов с дачи вернулись родители и нашли перепачканного кровью и заплаканного меня. Удивительно, но они отнеслись к ситуации спокойно – отвели домой, умыли, обработали рану и перевязали палец. К врачам мы даже не обращались.
Палец на руке работает нормально, но шрам до сих пор напоминает, что бить стекла плохо.
Мои 90-е. Нас избили парни на красной восьмерке