В конце 90-х в нашем дворе серьезно относились к музыке. Все слушали рок, а рэп не котировался вообще. Мы знали: рэп – это кал, Децл – лох. Другого мнения быть не могло.
Но и слушать русский рок тоже было не комильфо. Какие-то волосатые дядьки в кожаных куртках поют непонятно о чем. Как это можно воспринимать всерьез? Другое дело – волосатые дядьки в кожаных куртках, которые поют непонятно о чем на английском языке. Например, Metallica или Iron Maiden. Их мы и слушали с моим другом Саней, обмениваясь кассетами.
Вдохновившись гитарными рифами Кирка Хэммета и голосом Брюса Дикинсона, мы решили основать собственную группу. Тем более музыкальный потенциал у нас был – отец Сани когда-то давно купил гитару, которая валялась дома, а я любил стучать палками по разным предметам. К тому же в третьем классе мы уже полгода как изучали английский, так что могли писать тексты не хуже Хэтфилда и Ульриха.
Писать тексты действительно получалось быстро. Я открывал англо-русский словарь в случайном месте и смотрел, какие слова подходят друг другу по смыслу. Если слов не хватало, я перелистывал страницу и искал новые. Большая часть моих песен состояла из слов, которые начинались на соседние буквы, например I, J и K. Кто из рокеров сможет такое повторить?
С тетрадкой готовых текстов я шел к Сане домой, где мы обустроили нашу студию. У Сани был магнитофон с функцией записи, гитара и два пустых ведра из-под известки. Для более разнообразного и глубокого звучания в одно из ведер мы насыпали мусор, пуговицы, скрепки и детали от конструктора. Позже папа принес откуда-то настоящую барабанную тарелку. Наши треки сразу стали громче и превратились в хиты.
Саня вставлял чистую кассету в магнитофон, нажимал на кнопку REC и начинал играть. И я начинал играть. И петь. И Саня тоже пел. Никаких репетиций, никаких дублей, никаких заучиваний текста – только хардкор. За полчаса мы записывали альбом длинною полчаса.
Когда альбом был готов, мы рисовали для него обложку, после чего кассета отправлялась на полку. По такому сценарию за месяц вышло два альбома. Мы никогда не переслушивали свои песни, но очевидно, что они бы разорвали все хит-парады.
Через несколько месяцев у ребят со двора стало модным отковыривать плитки со стен домов, так что весь свой творческий потенциал мы перенаправили туда. Наша группа распалась, а ведь могли собирать стадионы.