Осталось две. Обычно я бью наверняка. Целюсь так, чтобы за жертвой было дерево, но в этот раз промахнулся. В дерево я не попал. За мгновение до спуска курка, что-то из земли подмигнуло мне в двух метрах слева. Это была она. Из-за нее дрогнул глаз, но не палец. Очередной следопыт медленно слег в болотную жижу, а вот стрелу найти не удалось. Потратив на поиски оставшуюся часть дня, я понял, что всё тщетно – болото пожирает многое, но не меня. Пока бродил, сильно оцарапал лицо о нижние ветки деревьев, будь они не ладны. Позже царапины заросли, но две высоко на лбу довольно сильные остались, будто даже кожа припухла. Надо умыть лицо как следует. Святая вода из болотца творит чудеса.
Не удается вспомнить, как я здесь оказался. Самое начало. Что я здесь делал и почему не хочу выйти в город к людям. Лишь во снах мне словно кто-то подсказывает прошлое, а может, и будущее. Люди в белых одеждах ходят вокруг, словно потеряли что в этих местах. На головах будто шлем одет, как у батюшек в церкви на службе. Только со стеклом, как у сталевара. В руках щелкающие коробочки. И вот ходят эти сталевары… щелкают ими, кто громче, кто тише – может, играют во что-то или моё болотце ищут. У них эмблема такая непонятно-странная на одежде – желтый фон и черный вентилятор с тремя лопастями. Что это? Пока не знаю. Так ведь сны это. Всего-то ничего. Во снах я не помню себя агрессивным, про арбалет и нож не вспоминаю никогда. Хотя странно… они всегда со мной.
Осталась одна стрела. Но она может и не пригодиться. Пальцы совсем перестали слушаться, а последнюю неделю, я не могу разжать одеревеневшие кулаки. Замерз немного, значит, надо погреться на солнышке. Энергия подпитки в этом случае иная. Она медленнее и переработка времени не занимает. Лучше, чем корешки есть, да дичь мелкую. Заметил, две шишки на голове не проходят, да ладно и не такие заживали.
В то утро я проснулся от далекого надоедливого стука. Сначала подумал сниться, но это был не сон. Неприятный звук не прекращался. Высунув голову из палатки, я зацепился шишками и порвал ткань над головой. Заметил – шишки стали острее. Оглядевшись, я засек на границе болота машину забивающую столбы в землю. Её механизм тут же натягивал на столбы сетку, и получался вполне высокий забор. Меня это насторожило. Я подкрался поближе и увидел ту самую эмблему сталеваров из моих снов. Огораживают мою территорию, может оно и к лучшему, нечего тут лазить. Хотя подождите, с какого это перепугу? Тут я понял, для кого предназначалась последняя стрела. Кое-как кулаками зарядив арбалет, мне удалось довольно близко подобраться к машине. Она была на гусеничном ходу с огромным мотком железной сетки и стопкой столбов. Увы, меня ждало разочарование. В кабине никого не было, там вообще не было кабины, машина управлялась дистанционно или на автопилоте. С диким остервенением я бросился на нее, пытаясь остановить утренний беспредел. Я бил её кулаками, царапал арбалетом, но как её остановить – не сообразил.
Теперь моя жилплощадь огорожена, как надо. Многие могут только позавидовать. Люблю это место. Здесь теперь тихо, ни души! Благодать. Иногда я выхожу за пределы территории, удалось вырыть аккуратную ложбинку под сеткой. Здесь в кустах её никому не заметить. Мне нужна новая бумага. На болоте березы стареют быстрее, чем я. Арбалет и нож давно потерян, видимо, за ненадобностью. Но послания на деревьях я всё также вырезаю. Это мои книги, мои летописи, моя история. Только теперь вместо ножа я использую нечто другое – рога. Подтачиваю их изредка камнем, чтобы сантиметров семь высотой, не больше. Ну, и поострее. Правда голова болит после этого, а может мигрень начинается.
Одновременно с тем, как я стал выбираться на новые земли за свежими березовыми поверхностями, в мои сновидения стали приходить те, кого убил здесь. Мне не страшно – это ведь сны. Перебивая друг друга, но рассуждая вполне логично, они без умолку талдычат мне одно и то же, по несколько раз за ночь. Есть мол, такая штука - реинкарнация. Это я хорошо запомнил, вроде как, переселение душ. За время жизни нужно накопить энергии столько, чтобы хватило определиться: на белой ты стороне или на черной. Высокие вибрации у тебя или низкие. Странно, да? А если я буду дальше убивать, значит – не очищусь от грехов, и мне не понравится, кем стану в следующей жизни. А воплотиться могу кем угодно, только не сам решаю, а вибрации.
Эх, чушь всё это! Да мало ли чего приснится. В такие моменты я открываю глаза, освещая внутреннее содержимое палатки, и покойники уходят, пугаясь желто-зеленого цвета радужной оболочки. Единственное, чего мне действительно не хотелось бы, так это воплотиться деревом, а точнее – березой. Лучше уж козлом останусь. Думаю… так надежней.
Огромное спасибо за прочтение...