Это случилось, когда мне было 17 лет. И кто бы мог подумать, что я так стану матерью?!
Еще такая молодая, а жить уже не хочется…
"Только бы умереть", - сверлила мысль, когда я лежала в подъезде. Растрепанная, избитая и… изнасилованная. Когда я вспоминаю тот страшный вечер, меня знобит, а слезы, слезы катятся градом.
...В детстве я ничем не отличалась от других. Обычная девушка, у которой мама работала учительницей, папа ездил по заработкам. Жила в провинциальном городке, где все всех знали.
У меня было много подруг, и ребятам я нравилась, даже старшим. Подруги немного завидовали, потому что уже в пятнадцать я была высокая, зрелая, с хорошими формами. И на меня засматривались едва ли не все в школе.
Но в души я была ребенком и никакая любовь, поцелуи, свидания меня не интересовали. Я любила учиться, читать. Мечтала об университете. Хотела, как и мама, стать учительницей языка и литературы.
Поэтому, куда поступать, я думала недолго. Так и стала первокурсницей филологического факультета университета. Квартиру мне родители нашли в неплохом районе. Владелица жилья говорила, что здесь очень спокойный дом и хорошие соседи. Несколько месяцев – и я уже не боялась приходить домой даже когда темно. А зря...
Это была именно посвящение в студенты - такой праздник после первой сессии. Потому что до тех пор мы еще все считались абитуриентами.
В общежитии я задержалась до десяти часов, а пока до своего района добралась, уже близилось одиннадцать. Я была веселая и счастливая - хорошо провела время с одногруппниками. Шла себе беззаботно к дому. Нажала код от подъезда.
И тут я совершила самую большую ошибку…
Возле лифта стоял молодой мужчина. Лет 30. Я лифтом не пользовалась никогда, жила же на третьем этаже. Но почему-то сказала ему: "Добрый вечер". Он не ответил. Посмотрел на меня, измерил взглядом и не ответил.
Когда я повернула к лестнице, то услышала его шаги за спиной. И мне словно холодом повеяло. Я ускорила ход, он тоже. Ступенька, вторая. Я на втором этаже, он за мной.
"Добрый вечер!" - сказал. Я не оглянулась. Он дернул меня за куртку: "Стой, малая, я хочу с тобой познакомиться!".
Я не говорила. Молчала. А мои глаза были полны страха. Ему это нравилось. И он меня прижал к себе.
Я крикнула. Он сказал: "Еще слово - и нож в спину!".
И я поверила в этот нож. И молчала.
Я не буду описывать того, что было дальше. Только я не кричала. Он меня бил, а потом изнасиловал. Это продолжалось недолго, но показалось - вечность.
Никто, никто ничего не услышал. Будто весь второй этаж вымер, оглох! Никто не пришел мне на помощь...
А он на прощание ударил головой об стену. "Чтобы забыла! Слышала?! Чтобы забыла. Меня и то, что было! Слышала, потому что порежу! Тебя - порежу!".
Я потеряла сознание. Всего на несколько минут. А когда открыла глаза, впервые в жизни подумала о смерти.
Я так и ночевала там. Под стеной. Растрепанная, избитая и изнасилованная. Утром меня нашла уборщица. Она вскрикнула: "О Господи!". Я подумала: "Боже, где ты был, когда меня насиловали?!".
Я видела ее, эту старушку-женщину, которая ежедневно подметала лестничную клетку. Но я не хотела говорить.
"Я никому не позволю к себе прикасаться!".
Я молчала весь следующий день. Все было, как в тумане, - милиция, родители, соседи. А я - немая. Ничего не говорю. Только киваю головой.
"Вас изнасиловали?!" - спрашивает мужчина в форме. Кивнула.
"Вы его запомнили?". Кивнула.
"Вы сможете завтра говорить?". Кивнула.
Я не хотела тогда, чтобы искали эту тварь. Я не хотела, я боялась. Но сделала это ради родителей и тех, кто мог стать его следующей жертвой. "Высокий, лет 30, черная куртка, джинсы, новые, на руке дорогие часы. Над бровью родинка", - говорила я милиции. Составили фоторобот.
И за месяц люди в погонах, которым моя мама дала много денег, его нашли.
Как я жила тот месяц? А я не жила. На учебу не ходила. Родители так решили. Я поехала за город к бабке, где меня не могли бы найти. Затем всевозможные экспертизы, показания. Это доводило меня до отчаяния. И я все чаще думала о том, чтобы умереть, заснуть и не просыпаться. Тогда у меня появилась широкая прядь седых волос.
Его посадили на 15 лет. Но я не вздохнула с облегчением - едва ли не каждую ночь он мне снился…
Родители водили меня к психологу, к какой шептухе, которая отливала страх. А бабушка говорила: "Ходи, внученька, в церковь!".
Прошло четыре месяца с того страшного вечера. Мама как-то спросила меня: "Доченька, а у тебя давно были "женские" дни?".
В ее глазах тогда был такой страх...
(Продолжение здесь...)