Ельцин, сказали вы однажды, это моя ошибка. Без вас Ельцин не мог появиться в Москве, без вас Ельцин не мог стать Ельциным, без вас он не мог стать президентом России. То есть вы своими руками привели человека, который, в общем, так поступил. Это действительно ваша ошибка, вы сожалеете о том, что его выписывали? – интересуется Дмитрий Гордон.
- Да, я думаю, что это была ошибка, и она усугубилась тем, что, когда я увидел и понял, что на него положиться нельзя, то его надо было отправить, - отвечает Михаил Горбачев.
- А вы его сохранили, - улыбаясь, говорит Гордон.
- Но ведь он, когда затеял вот всю эту свалку и Пленум буквально разметал его, чуть ли не на куски разорвал, причем Пленум также шел, утверждали мой доклад, закончили доклад, приняли. Как бы есть еще что-то? Нет. Уже Лигачев закрывает Пленум. Говорят: «подожди, вон Ельцин руку поднимает». Вот как понимаешь любовь Горбачева к Ельцину. Я действительно к нему хорошо относился, - говорит Ельцин.
- Вы любили его? - Гордон.
- Да. И вот дали ему слово и вот он сказал то, что то, что теперь известно. И сразу же бивни, никто же вообще не думал, что это у нас получится вот эта штука, такая схватка. 24 человека выступили и растерзали. Он ошарашен был. Значит, я его спросил, как он относится. Он сказал, что, за некоторым исключением, все правда. Я говорю: «Ты возьмешь свое заявление назад?». Он ответил, что нет. Ну, хорошо. приняли короткое решение, как ошибочное выступление, - Горбачев.
- Это правда, что после этого Пленума Ельцин вспарывал себе живот ножницами, - спрашивает Гордон.
- Чуть не сказал, может было хорошо, если живот. А, на самом деле, царапал себе ножницами по ребрам. Не дай бог, чтобы не сорвались и дела не ушли. Но это была симуляция. Причем, интересное поведение было. Вот это же произошло накануне праздников. Он на праздниках на трибуне как кандидат. Было хорошее настроение. Всем показывал, что все хорошо. потом он звонил мне еще числа третьего еще до праздников: «можно я останусь». Ну ты и вырвался, ну ты и извини меня, ты что наделал, ты взорвал все там, он наделал, как теперь Полторанин, его ближайший. Он рассчитывал, у него была такая информация, мнение, что стоит ему поднять вопрос на Пленуме, как секретари и прочее разнесут Политбюро и так далее. Разнесли.
- Не знал он партию.
- Абсолютно. У него головокружение такое было. Да, потом время проходит и кто-то мне докладывает: «ЧП». Я говорю: «какое». –Ельцин. – Да что еще с Ельциным. Оказывается, что он в подсобной комнате окровавленный лежит. Мне говорят, что это попытка симуляции.
- Попытка симуляции суицида, - улыбается Гордон. – Михаил Сергеевич, вы сказали позднее: «руки я Ельцину не подам». Но, тем не менее, когда он скончался, вы пошли на его похороны. Что это было? Человеческое такое участие?
- Ну я думаю, я думаю, что все-таки поступил правильно.
Данный диалог был взят с канала "В гостях у Гордона"