5 сентября 1918 годы вышло постановление СНК «О красном терроре», которое официально положило начало массовым репрессиям большевиков против «классовых врагов».
Возглавил ВЧК, по предложению Ленина, Феликс Дзержинский. Но почему именно он?
Ленину в новой должности нужен был человек, который фанатично предан идеалам революции. Именно таким человеком и был Дзержинский. О фанатизме и преданности революции Дзержинского писал и Николай Бердяев: «Это был фанатик. Он производил впечатление человека одержимого. В нем было что-то жуткое. В прошлом он хотел стать католическим монахом, и свою фанатическую веру он перенес на коммунизм…»
В документах есть свидетельства, как справедливости, так и жестокости ЧК. Из приказа президиума ВЧК № 21: «Прежде чем арестовывать того или иного гражданина, необходимо выяснить, нужно ли это. Часто можно, не арестовывая, вести дела, избрав мерой пресечения: подписку о невыезде, залог и т. д. и т. п., а дело довести до конца. Этим ЧК достигнет того, что будут арестованы только те, коим место в тюрьме, и не будет ненужной и вредной мелочи, от которой только одни хлопоты, загромождение ЧК, что лишает ЧК возможности заниматься серьёзным делом…»
Также было и такое: «Ввиду интервенционистских подготовлений Антанты необходимо арестованных петлюровцев-заговорщиков возможно скорее и больше уничтожить. Надо их расстрелять. Процессами не стоит увлекаться. Время уйдет, и они будут для контрреволюции спасены. Поднимутся разговоры об амнистии и так далее. Прошу Вас вопрос этот решить до Вашего отпуска…» (из приказа начальнику Всеукраинской ЧК Василию Манцеву от 2 августа 1921).
5 сентября 1918 года был издан декрет СНК «О красном терроре». Дзержинский, инициатор и руководитель террора, определял Красный террор, как «устрашение, аресты и уничтожение врагов революции по принципу их классовой принадлежности». Дзержинский также заявлял, что «Законы 3 и 5 сентября наконец-то наделили нас законными правами на то, против чего возражали до сих пор некоторые товарищи по партии, на то, чтобы кончать немедленно, не испрашивая ничьего разрешения, с контрреволюционной сволочью».
Несгибаемость и жестокость по отношению к врагам революции - то, из-за чего советские историки и называли Железным.