Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Андрей Чуверов

Любимая с детства книжка – советская агитка. А мне не стыдно

Храню уже пятьдесят лет свою детскую книжку «Октябрь шагает по стране» Сергея Алексеева. Казалось бы, советский «нужник», зачем это хранить? Очень просто – она была одной из моих любимых книжек, там славные рассказы про детей разных национальностей, как они встречали Великий октябрь. Жизнь их после этой встречи становилась чудесной. В каждом история о том, как несправедливо и плохо было, и как правильно стало. Между строк закладывались у детей основы политэкономии, истории, гражданского права. Очень легким стилем все написано, поэтому и усваивалось без напряжения. В рассказе «Артель» сразу два хозяина, купец и местный батюшка владеют баркасами и делят все доходы от рыболовецкой ловли. Платят рыбакам копейки, наживают себе рубли. Вот так артель! Одни ловят, другие доходы делят. Прочитайте современному школьнику – он ничего странного в этом мироустройстве и не заметит. Или рассказ «Проценты», как самый богатый в местечке владелец магазина господин Ковальский деньги давал под

Храню уже пятьдесят лет свою детскую книжку «Октябрь шагает по стране» Сергея Алексеева. Казалось бы, советский «нужник», зачем это хранить? Очень просто – она была одной из моих любимых книжек, там славные рассказы про детей разных национальностей, как они встречали Великий октябрь. Жизнь их после этой встречи становилась чудесной. В каждом история о том, как несправедливо и плохо было, и как правильно стало. Между строк закладывались у детей основы политэкономии, истории, гражданского права. Очень легким стилем все написано, поэтому и усваивалось без напряжения.

-2

В рассказе «Артель» сразу два хозяина, купец и местный батюшка владеют баркасами и делят все доходы от рыболовецкой ловли. Платят рыбакам копейки, наживают себе рубли. Вот так артель! Одни ловят, другие доходы делят. Прочитайте современному школьнику – он ничего странного в этом мироустройстве и не заметит.

-3

Или рассказ «Проценты», как самый богатый в местечке владелец магазина господин Ковальский деньги давал под проценты. Ходили слухи, что от этих процентов денег собрался большой сундук. А потом пришла Советская власть, и захотели господа уехать. А маленький Ося нарочно клячу чуть-чуть с дороги свернул, застряла телега. Стали господа ее выталкивать, а мальчик умчался. Бросил Ковальских среди дороги. На оставшиеся в сундуке «проценты» построили люди в школу. И Ося пошел туда учиться. С моей тогдашней детской точки зрения справедливость восторжествовала. Сейчас бы уже оценила с позиции уголовного права…

-4

Или еще одна история - «Перец-Изюмов» называется. Это говорящая фамилия очень важного чиновника. Стол у него в кабинете дубовый, мягкие кресла. Приходят к нему посетители. Излагает помещик просьбу, и Изюмов с готовностью ему помогает. Излагает просьбу простой рабочий – и тут Перец насупливается грозно, сует бумагу куда-то в стол. Вот какие чиновники царские. На них и держалась власть. Скинули ту власть – писал Алексеев. Знал бы…

С той идеологией более – менее понятно, книжка выпуска 1970 года, эпоха развитого социализма, все ясно даже ребенку. Идеология как явно выраженный интерес большой группы людей была отчетливо сформулирована. Как бы мы ни судили ту эпоху, а ее приверженцев с каждым годом становится все больше.

А с современной идеологией – сплошной «когнитивный диссонанс». Тут не только младший школьник запутается. Ясно, что в обществе царят две отдельные идеологии, рабов и паразитов. Даже не слишком стараются элиты это замаскировать. Таких трибунов революции, каким был автор моей любимой книжки, нет. Нет идеи, объединяющей общество, воспевать нечего. Механизмы, позволяющие держать общество в покорности, - не повод для песен...