Легковой автомобиль мягко остановился у высоких ворот с табличкой «№ 47» и из него вышел темноволосый парень, сжимая в руках чемодан.
Александр медленно обвел взглядом пустую улицу, вдохнул свежий воздух и улыбнулся: небольшой загородный посёлок Кузнецово когда-то был ему домом. Он вырос здесь и знал каждый уголок. Но, как же давно не приезжал сюда…
Уютный коттедж приветливо улыбался из-за ворот, и Саша вошел во двор. Десять лет назад дом достался ему от родителей, но, как начинающему писателю, мужчине было важно оставаться в Москве.
Приподняв круглый половичок, Александр увидел под ним бронзовый ключ, взял его и вставил в замочную скважину. Тихий щелчок – и он внутри. Знакомый запах дерева, вперемежку с пылью ударил в нос, и Саша снова улыбнулся.
В то же мгновение, где-то наверху раздался раскатистый грохот. Мужчина бросился было к лестнице, но на него тут же налетело жуткого вида существо. Нечёсаные, свалявшиеся волосы были настолько грязными, что непонятно даже какого они цвета; широкий, весь в заплатках кафтан мешковато висел на худом, приземистом старичке, лицо которого было перекошено набок.
- Тихон? – воскликнул Александр, внимательно всматриваясь в старика.
- Да, да, Тихон, - заворчал тот, втягивая крючковатым носом запах парня. – Ба-а, неужто Сашка? – глаза старика округлились, а затем снова сузились. – Ты чегой-то тут шастаешь?
- Теперь я буду здесь жить, - улыбнулся Саша, радуясь, что домовой, с которым он дружил все свое детство, еще не покинул дом.
Тихон молча уставился на него, несколько раз моргнул, затем потер длинные, спутанные усы и широко улыбнулся.
- Экое чудо чудесное! Вот так счастье привалило! – громко сказал он и, широко расставив руки, притянул Сашу в объятия. – Эх, заживем теперь!
- Ну, да, заживем, - улыбаясь, ответил мужчина. – Тихон, а ты чего такой…, - не закончив вопрос, Александр молча осматривал запущенного вида домового.
- Ай, совсем стар я стал, - махнул рукой тот. – И кикиморка да нечисть всякая поизводили меня.
- Нечисть, говоришь? – нахмурив брови, спросил Саша, оглядываясь по сторонам.
- Ага. Повадились тут, норовят дом себе заграбастать. Чувствуют, видно, что сил-то у меня поубавилось. Уж искал я себе преемника, да поди найди свободного домовенка.
- Саша? – раздался звонкий голос у входной двери.
- Мария, я здесь, входи!
- Батюшки родные, это кто ж с тобой? – испуганно воскликнул Тихон.
- Жена моя, Маша.
- Ой! – громко вскрикнула женщина, завидев неряшливого и страшного старичка.
- Не бойся, он хороший, - сказал Саша, положив руку на плечо Марии. – Только с виду такой жуткий.
Маша улыбнулась домовому, и они принялись осматривать дом. Спустя неделю, только-только обжившись, приключилась в доме беда - фарфоровый сервиз, доставшийся Марии от бабушки, был вдребезги разбит.
- Снова злыдни мерзкие! – сердито воскликнул Тихон, но понимал, что виноват и он, ведь даже не слышал их появления. А должен был.
Домовой знал, что нужно срочно найти преемника, потому как он слаб и уже не может защитить дом, а злые жить спокойно не дадут.
Следующие два месяца он часто пропадал, шастая по деревне и окрестностям в поисках свободного домовенка.
- Смотрите, кого я нашла у забора, - как-то вечером воскликнула Мария, входя в дом.
На руках у нее спокойно лежал рыжий котенок, испуганно поглядывая зелеными глазками на всех присутствующих.
- Тьфу, тьфу, брось его! – отшатнувшись в сторону, неожиданно вскричал Тихон.
- Что не так? – нахмурился Александр.
- Это не кот вовсе, а злой дух! Прогони его, прогони!
- Это просто брошенный котенок, - вступилась за животное Маша. – Он будет жить с нами.
- Нет-нет! Не смотрите, что он такой хорошенький. Нет! Я, может, и страшен, но лишь снаружи, а это прекрасное, милое на вид создание – настоящий монстр внутри!
В этот момент, словно чувствуя, что хозяин верит своему домовому, шерсть кота взъерошилась, а глаза засверкали недобрым блеском.
- Маша, выбрось его, быстро! – крикнул Александр, но кот уже вырвался из рук женщины, сильно оцарапав ей кожу.
Несколько дней от Тихона было ни слуху, ни духу и, когда Саша уже начал волноваться и думать, не отправиться ли на поиски старика, он сам явился на порог, ведя за собой пузатенького домовенка с копной черных, как уголь, волос.
- Это Богдаша, - широко улыбаясь, сказал Тихон, подталкивая скромнягу вперед.
- Мои хозяева, это, уехали, а меня с собой не позвали, - утерев нос длинным рукавом полосатой кофты, сказал домовенок и улыбнулся им кривоватой улыбкой.
- Теперь будет вам защита и покой, а мне, пожалуй, пора бы…
- Куда это? – предчувствуя, что видит своего домового в последний раз, серьезно спросил Саша.
- Выси ждут меня. Давно уж ждут, да видно пожалели и дали тебя дождаться, - он поднял костлявую руку, легонько прикоснулся к щеке мужчины, улыбнулся своей беззубой улыбкой и пошел к лестнице. – Охраняй их, служи на совесть! – подмигнул он Богдаше и медленно исчез за дверью чердака.
В тот же миг послышался тихий, едва различимый звон – дух Тихона отправился в далекие выси.