Кнопка, кнопка, кнопка. Надо срочно дотянуться до кнопки слуха. Желательно еще и до зрения дотянуться. Вообще рук не чувствую. Что? Быть не может. До этого все работало исправно.
Пара вдохов, чтобы наполнить мозг кислородом, и становится немного легче. Давай же, активируйся!
Что опять придумали эти крысята? Ждут, когда я, как их никчемные родители, подохну? Не сегодня, родные мои. Не сегодня.
Гул лампы, стук металлических инструментов. Переговоры вслух. Всё по-старинке.
Я – медицинское чудо! Голова профессора Доуэля, если угодно! А доктора до сих пор люди. Не роботы и даже не киборги.
Хотя, есть в этом что-то родное, с детства знакомое и надежное.
Прожекторы слишком яркие, мне не хочется открывать глаза. Но очень хочется злиться на производителей – я потом от косметолога не вылезу с высохшей кожей.
В этот раз она приживалась хуже. Надо было брать синтетическую. Она хотя бы к теплу и свету поустйчивее.
Возраст всё-таки меня поймал.
- Это простая диагностика, нам надо понять, что из этого всего, - он обвел в воздухе карандашом меня – быстрее износится, и вовремя заменить.
Поначалу меняли суставы, связки, потом добрались до конечностей, органов. Полностью изменили фигуру. Я киборг. Самый настоящий по-человечески красивый и по-нечеловечески влиятельный киборг.
***
Дом стал настоящим крысятником, серпентарием. Семья в нем была только когда с мужем начали нормально зарабатывать. До этого момента постоянно ссорились и места себе не находили от количества проблем.
Я рвалась наверх по головам, чтобы у Кирюшки и Анютки всех все было, чтобы были лекарства, еда, одежда, отдых у родителей и у нас. А когда пришла к одному рубежу, поняла, что предела просто нет. Я могу пробовать что угодно, чтобы подняться выше. И что мое место – самое почётное. Я БОГИНЯ.
Деньги, грязь, известность, кровь, сломанные судьбы, лицемерие, пот, головы неверных, туши неугодных, и наверху всей этой пирамиды чистенькая Я, легонько покачиваю ножкой и невинно хлопаю глазками. Людишки рядом забывают как дышать, когда я двигаюсь. А наивные жертвы уже плывут на мою песню.
Все сравнивают жизнь с зеброй – полоса белая, полоса чёрная. Моя была черной от крови.
Банальная авария. Банальные травмы, после которых я сразу могла стоять и даже ходить. И навтыкать водителю авто, протаранившего нас. А вот супруг уже после нее ничего не мог. Просто лежал овощем, дышал через трубочки, моргал, пускал слюни. От горя я чуть с ума не сошла, и с новой силой ударилась в работу, забросив свой сад из детей, растущих как драгоценная трава и их овощного отца. Заработала на первый протез. Получила свою железную руку. И загорелась идеей дополнить железную леди соответствующим наполнением.
- Мы держим ее на сильных обезболивающих, она может не сразу вас узнать.
Пока я карабкалась к идеалу все теми же наработанными методами, не заметила, как развалилась семья, как выросшие дети стали ненавидеть меня уже явно, как не стало любимых людей. Последнего я освободила сама.
И озлобилась. Больше никто не заслуживал моей любви. Особенно маленькие бесполезные крысята, которым каким-то чудом досталась моя кровь. Из-за них я потеряла в себе человека. Я дала им больше, чем они заслуживают, и они забыли свое место.
- Я устала!!! Я хочу освободиться!!!
Глупые и наивные. Теперь они мечтают меня изжить. Смешные до одури. Что ты, безмозглая скотина, будешь со всем этим делать? Я не позволю разрушить то, что я строила полтора века!!!
***
- Даже за те деньги, что у вас есть мы больше не можем поддерживать ее жизнедеятельность. Организм изношен, 60 лет, как-никак. Но мозг поврежден, и в любой момент перестанет…
- Мы, - Кир запнулся, глядя на не менее смущенного доктора - мы понимаем.
- Это нужно подписать. Я дам вам время.
Доктор вышел из палаты.
- Ну привет, однорукая бандитка, Аня горько улыбнулась маме, смахивая мешающие слезы…
