Географическое положение Пензенской области обусловило ее важнейшую роль в процессе эвакуации населения в годы Великой Отечественной войны. Известно, что всего в общей сложности в течение 1941 – 1942 гг. в область было эвакуировано 124300 человек, в том числе 54200 детей. Переселенцы, прибывшие в Пензу, были разных национальностей. Среди них: 12,5 тыс. украинцев, 9340 белорусов, более тысячи жителей Карело-Финской республики, 800 литовцев, 390 молдаван, 270 латышей, 144 эстонца.
Первым делом необходимо было принять и разместить эвакуированное население из Украинской Советской Социалистической Республики, Белорусской Советской Социалистической республики, Московской области, Ленинградской, Орловской и других областей.
Чтобы организовать работу с таким огромным количеством людей, требовалось создать специальные органы. Так, 6 октября 1941 г. по решению облисполкома М.Г. Михайлов был назначен уполномоченным центрального управления по эвакуации. Был создан аппарат уполномоченных, который включал в себя инспекторов по продвижению эшелонов, контролю за деятельностью эвакопунктов, по трудоустройству, жилищно-бытовым вопросам и пр.
Местное правительство сразу столкнулась с рядом проблем, связанных со снабжением, обслуживанием, трудоустройством эвакуированного населения, в связи с тем, что отсутствовала достоверная информация о времени приезда и числе пассажиров в эшелонах.
3 сентября 1941 г. Пензенский эвакопункт предлагает ввести дополнительно делопроизводитель-регистратор, чтобы обеспечить нормально двухсменную работу по приему эвакуированных, в связи с тем, что поток эвакуированных поступает круглосуточно.
Мероприятия местных властей были направлены на нормализацию условий проживания эвакуированного населения. В Постановлении №СЭ 187 Совета по эвакуации от 14 ноября 1941 г. указано, что управление по эвакуации населения обеспечивает медико-санитарное обслуживание эвакуированного населения, питание, устройство трудоспособных эвакуированных на работу в предприятиях промышленности и транспорта. Но Пензенский облисполком неоднократно отмечал, что, несмотря на указания, обслуживание эвакуированного населения: прием, размещение, питание, санитарное состояние вокзалов, находится в крайне неудовлетворительном состоянии. Так, решением исполнительного комитета Пензенской области совета депутатов трудящихся от 25 октября 1941 г. объявили выговор директору Трансторгпита тов. Кирьянову за, как отмечено, «крайне плохую работу питательного пункта на станции Пенза III». Далее приводятся меры, которые должен он выполнить (ликвидировать очереди, обеспечить продуктами и т.п.) и указано, что если он не исправит эту ситуацию, то будет привлечен к уголовной ответственности. В решении №1025 от 11 сентября 1941 г. мы можем видеть примеры отклонения от норм в приеме, содержании эвакуированных, которые были выявлены проверкой состояния работы эвакопункта г. Пенза. Указано, что прием на эвакопункт неупорядочен и вместо отбора с приходящих эшелонов действительно нуждающихся в санобработке людей поступление эвакуированных проходит самотеком. Во-вторых, вместо 2-х положенных суток заседают на эвакопункте до 7-15, причем отмечается, что многие из них отказываются следовать к местам назначения. В-третьих, было выявлено, что со стороны начальника эвакопункта тов. Крупина допускаются случаи приема на пункт людей без прохождения санобработки, что ставит под угрозу распространения эпидемических заболеваний. И, в-четвертых, отмечается, что содержание помещений эвакопункта находится в антисанитарном состоянии, а именно: полы загрязнены, дезинфекция коек и пр.
Итак, мы видим, что в ходе проверок эвакопункта были установлены факты антисанитарии.
За период с 1 июля по 15 декабря 1941 г. Пензенский эвакопункт пропустил 5430 человек. Средняя продолжительность нахождения лиц на эвакопункте составляла 10 дней. А среднее же количество проживающих эвакуированных граждан в период с 1 июля по 15 декабря 1941 г. на эвакопункте составило 265 человек в день. Данные показатели свидетельствуют о скученности эвакуированного населения.
Беженцы оказались в очень тяжелом материально-бытовом положении. С одной стороны указывалось, что эвакопункт выдает справки эвакуированным гражданам для получения обуви, одежды и мелких носильных вещей. Но с другой стороны, выпиской из докладной записки от 22 мая 1943 г. демонстрируется, что почти во всех детских домах отсутствует летняя обувь на детей в возрасте от 1 до 5 лет, и детские дома вынуждены выпускать на прогулку босыми. Дети школьного возраста вынуждены прекратить посещение школ, а взрослые работу из-за отсутствия одежды.
Особенно неблагоприятно было положение в сельской местности, где в основном располагалось эвакуированное население. Взрослые, занятые на сельскохозяйственных работах не получали необходимых продуктов питания, не были обеспечены обувью и одеждой («многие не имеют обуви и ходят на работу босиком»). Не хватало и предметов первой необходимости: соли, мыла, спичек. Отмечено, что были случаи, когда эти товары не получали по 5-8 месяцев.
Проблему пытались решить путём сбора вещей среди местного населения. Но все же всех эвакуированных обеспечить в полной мере не удавалось.
Из жалоб эвакуированного населения мы можем судить о том, насколько было серьезным положение с недостатком одежды, обуви, продуктов питания и пр.
В жалобе зам. комбата по политчасти тов. Целыковского, датируемой 28 декабря 1942 г., сообщается о плохом материально-бытовом обеспечении его семьи, проживающей в Кондольском районе селе Демкино. Было зафиксировано, что хлеб выдается с перебоями, просьбы об оказании помощи в подвозе дров и обеспечении в зиму овощами не оказывается. Также отмечено, что «отдельные жители» села Демкино проявляют элементы антисемитизма.
Здесь мы встречаем и такую проблему, как трудности взаимоотношения с местными жителями.
Трудоустройство явилось способом улучшить материальное положение эвакуированных граждан. Анализ данных показывает, что было трудоустроено 87% всех прибывших. Наибольшее количество безработных составляли женщины. Среди причин, по которым эвакуированное население не работало, можно отметить следующие: у многих эвакуированных отсутствовала тёплая одежда и обувь, что делало невозможным работать в холодное время года; имели место факты, когда некоторые квалифицированные специалисты не могли найти работу по специальности; нетрудоустроенными являлись в основном инвалиды, пенсионеры.
Быстрее всего решалась проблема трудоустройства той категории населения, которая прибывала в регион вместе с эвакуированными предприятиями и учреждениями.
Таким образом, социальная политика государственных органов по отношению к эвакуированному населению состояла в обеспечении минимальных потребностей для выживания, позволявших производить необходимые для фронта технические и материальные ресурсы. Созданная в годы Великой Отечественной войны система органов, показала свою жизнеспособность и в целом выполнила поставленную перед ней задачу по перемещению населения. В ряде случаев, несмотря на экстремальные условия, органы власти достаточно гибко реагировали на нужды населения, принимая верные решения и находя для этого ресурсы.
В целом механизм эвакуации, выработанный в советском государстве, оказался довольно эффективным. Конечно, в нём было много негативного, интересы и потребности человека учитывались в последнюю очередь, но, тем не менее, он выполнил свою главную задачу ‒ в тяжелейших условиях первого периода войны, позволил нашему государству переместить в тыловые районы миллионы советских граждан, сохранив тем самым им жизнь.
Список литературы
1. Пензенская область в годы Великой Отечественной войны / Под ред. Г.В.Мясникова. ‒ Саратов: Приволжское кн.изд., 1985. ‒ 190 с.
2. ГАПО. Ф.2413. Оп.1. Д.1.
3. ГАПО. Ф.2413. Оп.1. Д.4.
4. ГАПО. Ф.2413. Оп.1. Д.8.
