Всё началось тогда, когда в магазин перестали привозить продукты. Те, кто надеялся на наше правительство, еще какое-то время покукавали, но потом стало ясно, что это беда. Кто был поумнее подъедал запасы, кто поглупее искал где своровать. Начались первые разбои, милиция начала патрулировать улицы. Заболеваемость подскочила в разы. Каждый день новых случаев было не «НА» сколько-то больше, а «В» несколько раз больше. Начались первые смерти. Больницы не справлялись.
Мне повезло не заразиться, или у меня иммунитет, или я переболел, я не знаю. Я слышал истории о врачах, которые засыпали, как только касались кресел. Масками перестали пользоваться, их уже не было. Доктор прописывал жаропонижающее и отпускал, потому что людей было слишком много. Их было некуда класть. Те жалкие госпиталишки которые понастроили не справлялись.
Это была первая волна разбоев. Когда выключили свет и воду, все стало ясно многие уехали, я остался. Потому что деваться мне было некуда, да и были кое-какие припасы. Я выполнил совет своего старого друга, и теперь, какое-то время, мог не опасаться.
В один прекрасный день в мою дверь постучал мальчик.
- Помогите пожалуйста, - говорил он жалобным детским голоском, - помогите! – после этого он затих и начал вслушиваться. Я стоял и глядел в глазок. Не прислушиваются так обычные дети. Уж слишком он хорошо знал, чего искать. Потом он обошел остальные квартиры, перед каждой дверью он стоял довольно долго, когда убедились, что никого не было, поднялись трое мужчин. Они начала взламывать дверь. Затем следующую и еще одну.
Я стоял перед глазком и следил за ними. Двери на пролете кончились, осталась только моя, когда они подошли я потихоньку начал отходить вглубь квартиры, но эти гады как-то меня услышали.
- Слыш? Там кто-то есть? – сказал один.
- Ну грохнем его, как того, и все, - ответил второй и моя дверь затрещала. Только сейчас я пожалел, что не поставил металлическою дверь. Дверь хрустела, в щели показалась голова, как в фильме сияние, они вошли. Я вышел в коридор, поднял обрез, вот совет моего друга, который я послушал – запасаться гречкой и патронами. Я спустил оба курка. Вся гопкомпания разом прилегла на коврик. К тому моменту я был единственным человеком, оставшимся в подъезде, люди еще ходили по улицам, но их было мало.
Трупы я побросал вдоль дороги. Здесь же первый раз увидел специально оборудованные бетонные площадки для инфицированных тел. Стадия, на которой вирус заражал людей прошла. Наступала стадия, когда вирус начнет убивать, но убивал не только вирус, он, наверное, был не самым страшным, самым страшным были люди.
Прямо на меня, в окно, через дорогу, глядел ободранный баннер: "Сидите дома, мойте руки".
З.Ы. А вот забавный дачный рассказ.