В апреле 1917 года австрийский невролог Константин фон Экономо впервые описал новую болезнь, эпидемия которой вспыхнула во Франции и Австрии, а оттуда прошла по всем европейским странам до России. Болезнь имела очень высокую смертность (30%), а выжившие в большинстве случаев превращались в "живые статуи", не способные заниматься какой-либо осмысленной деятельностью. Недуг словно забирал душу этих людей, оставляя пустые оболочки. Но самое страшное было в том, что она передавалась воздушно-капельным путём, а врачи не только не знали, как её лечить, но и что именно её вызывает. Болезнь, которую в СССР прозвали сонной, погубила миллионы человек и исчезла так же внезапно, как появилась.
Первые случаи нового заболевания были зафиксированы зимой-весной 1916 года в Австро-Венгрии и Франции. Однако из-за особенностей военного времени (закрытые границы, военная цензура, нехватка врачей) все они рассматривались по отдельности. В разных городах новой болезни пытались давать свои названия, из-за
В апреле 1917 года австрийский невролог Константин фон Экономо впервые описал новую болезнь, эпидемия которой вспыхнула во Франции и Австрии, а оттуда прошла по всем европейским странам до России. Болезнь имела очень высокую смертность (30%), а выжившие в большинстве случаев превращались в "живые статуи", не способные заниматься какой-либо осмысленной деятельностью. Недуг словно забирал душу этих людей, оставляя пустые оболочки. Но самое страшное было в том, что она передавалась воздушно-капельным путём, а врачи не только не знали, как её лечить, но и что именно её вызывает. Болезнь, которую в СССР прозвали сонной, погубила миллионы человек и исчезла так же внезапно, как появилась.
Первые случаи нового заболевания были зафиксированы зимой-весной 1916 года в Австро-Венгрии и Франции. Однако из-за особенностей военного времени (закрытые границы, военная цензура, нехватка врачей) все они рассматривались по отдельности. В разных городах новой болезни пытались давать свои названия, из-за чего ситуация только ещё больше запутывалась. Лишь через год, зимой 1916–1917 года, количество больных выросло настолько, что не замечать этого было уже нельзя. Странная болезнь начиналась как обычный грипп — с повышения температуры, озноба, ломоты в теле и прочих характерных для лихорадки симптомов. Через несколько часов, а иногда и дней на человека нападала непреодолимая сонливость, в том числе и в дневное время. Людей будили, но через несколько минут они опять засыпали в буквальном смысле слова на ходу. В некоторых случаях сон длился неделями и даже месяцами.