Простая фраза, которая может быть у многих на слуху, имеет за собой реальное историческое значение и своеобразный приговор Великой Римской Империи к достаточно богатому, но небольшому государству Западного Средиземноморья – Карфагену, которого постигла крайне несчастная судьба после продолжительных войн с Римом в результате столкновения интересов этих двух государств.
Войны, в истории названные Пуническими, длившиеся с переменным успехом то одного государства, то другого, в результате привели к победе римское войско, которое жаждало подчинить своему влиянию богатый Карфаген, мешавший многочисленным римским торговцам, ростовщикам и дельцам, которые видели в нем своего главного конкурента в торговом деле. Кроме того, римляне никоим образом не могли простить карфагенянам многие обиды, нанесенные во время долгих лет Пунических войн и, таким образом, под сильным давлением общественности и проявления внешней враждебности, непокорности Карфагена ввиду нарушения им римских мирных договоров, в Сенате началось обсуждение главного и мучившего всю Империю вопроса: «Как поступить с Карфагеном?» В сенате победила точка зрения тех, кто стоял за полное уничтожение государства, и эту группировку возглавлял один из членов Сената – Марк Порций Катон, произносивший ту самую знаменитую фразу «Впрочем, я полагаю, Карфаген должен быть разрушен» в конце каждого своего выступления, причем на любую тему.
Судьба Карфагена была решена на Римском Сенате. В 146 году до нашей эры, римским правительством был предпринят общий штурм крепости, которая оказалась отрезанной от внешнего мира, поставок продуктов питания и пресной воды, но несмотря на это, карфагеняне с честью и до последнего вздоха защищали свой город от нашествия римских гарнизонов. В течение шести дней шли бои на стенах и улицах города, римским воинам приходилось брать штурмом каждый дом, но город был взят и по инструкции сожжен и разрушен до самого основания. Место, где стоял славный Карфаген, было проклято и по развалинам его прошлись плугом в знак того, что здесь не должен когда-либо селиться человек.