10 апреля 1519 год. Где-то в Тихом океане.
Я не помню сколько мы уже плывем, и какой день на календаре. Когда перед глазами океан и небо, сливающиеся с ним по ночам в единое целое, время перестает существовать, образуя кокон бесконечности. Но при этом все вокруг, кажется, живет, вода, звезды, ветер - все движется, спешит, а мы будто стоим на месте вечность, будто здесь нам и суждено утонуть.
25 июня 1520 год. Где-то в Тихом океане.
Мы еле пережили эпидемию, которая началась месяц назад. Цинга на корабле унесла немногих, но за то время пока мы несколько месяцев лежали в каютах и пускали слюни, наш капитан… как это сказать-то покрасивше... короче, он сошел сума. Старик закрылся в рубке с частью командного состава. Долго не выходил. А потом направил корабль на рифы.
Времени у нас мало, ровно как и выходов. Первый - садиться в шлюпку и уплывать в безопасном направлении, пока волны дают это сделать, потому что, судя по облакам и беспокойным птицам, надвигается шторм, который, увы, может перевернуть спасательные судна. Да, и далеко не все на корабле знают куда плыть. Обетованная земля может оказаться островом с аборигенами, которые не очень то и жалуют моряков. Но тут уже мы сами виноваты. За годы плаваний худшие из наших представителей успели нехило покуражиться на чужих территориях и по мародерствовать. И хотя не все из нас пираты, молва бежит быстрее, чем чертовы суда.
Но мне бежать некуда и стыдно. Я вырос на этом корабле, и пускай нет места здесь, где я не блевал, все равно вот так, взять и отдать его потопить, не позволяет совесть, а может и глупость. У моряков эти понятия иногда неразделимы. Но что делать? Я совсем не понимаю. В рубку можно пробраться, только если оставшаяся команда начнет штурм. Но без рулевого ничего не выйдет. Это масса полупьяных глупых матросов разбежится как только услышит выстрел мушкета. Зачинщиков повесят на мачте сразу. Рискнуть стоит, но это будет последней попыткой.
Уговорить капитана тоже не получится. У него мачта поехала. Еще бы, столько времени стоять за штурвалом, конечно, обезумишь. Хотя старый сам виноват. Столько раз была возможность уйти на покой в добром здравии, с почестями и именным позолоченным компасом. Нет же, решил ходить своей мошонкой занозы с палубы собирать. И вот, дождались… сошел сума. Прям в плавании, взял и тронулся. Я, говорит, на этом корабле буду плавать до смерти. А нам-то что? Ну, плыви, коль делать не хрен. Мы были в целом не против. Да-к ведь он, шакал, взял и направил нас на смерть. Все карты говорят, мы идем в аккурат на рифы. А он не понимает, потому что плавал когда-то в том направлении. Но за 100 лет ландшафт чуток поменялся. Зато наш старый исполнит мечту, умрет капитаном! Только нам эта мечта его не сдалась. Я жить хочу и плавать хочу.
За это плавание старики мне стали ненавистны. Ну, все же, как один, сходят с ума. Вопрос времени и места. Нашему капитану 67 лет, у него на выбор: либо смотреть как кожа с каждым годом стремится к земле, либо захлебнуться в мундире. Нет, не должны старики выбирать за нас, куда плыть. Мир меняется, они не поспевают.
Мне тут многие говорили: капитан должен быть с опытом. А что такое опыт? Что он вообще нам дал, кроме бесконечных баек о том, каким цветом было раньше море. Кроме пресловутых историй о великих битвах, которые уже давным-давно приукрашены и перепридуманы. И корабли то раньше были больше, и пушки мощнее, и члены длиннее. Да, подавитесь вы уже своими пушками. Мы не хотим быть завоевателями, мы хотим быть открывателями. Времена изменились. Нам пушки не нужны.
Тучи сгущаются не к добру.
