Есть женщины в русской литературе... Невозможно относиться к ним равнодушно. Вот Ольга Вячеславовна «Гадюка» Зотова как раз такая. Рассказ А Н.Толстого, публиковавшийся ещё как «История одной девушки» широко обсуждался ещё в своё время.
Эволюция героини из нежной барышни в кавалерист-девицу, как героиня "Гусарской баллады" или реальная Надежда Дурова, у которой, на самом-то деле, всё было куда сложнее. Затем личная драма, «уход в работу» и попытка очнуться и найти себя в изменившемся мире. Конфликт с соседками по коммуналке. Трагедия в конце, куда ж без неё.
Будь автором какой-нибудь беллетрист героиню ждало бы счастье. Впрочем, вряд ли в традиционном смысле. Скорее уж счастье единения в борьбе, счастье в революционном понимании, характерном для юной советской республики 20-х годов XX века?
Но классик не мог быть чересчур добр к своим героям. На вопросы читателей почему же он не «перевоспитал» героиню, Толстой писал вот что:
«Товарищи, в общем, правильно ставят вопрос: Ольга совершила преступление потому, что до конца не была перевоспитана Красной Армией, одной ногой стояла в новой жизни, а другой в старой (откуда вышла). Это и не позволило ей стать выше личной обиды, и места в созидательной жизни она найти себе не могла.
Это всё верно. Но дальше товарищи ошибаются, упрекая меня в том, что я не захотел до конца перевоспитать Ольгу, поднять её до высоты, когда она знала бы, за что дралась в 19 году, когда в годы нэпа она сознательно пошла бы на партийную работу, когда задачи революции стали бы для неё выше её личных дел.
Я нарочно написал Ольгу такой, какая она есть. Не нужно забывать, что литература: 1) описывает типичных живых людей, а не идеальные абстрактные типы (Ольга была одним из живых типов эпохи нэпа. Сейчас таких людей уже нет) и 2) что время, в которое Ольга совершила своё преступление, было до начала пятилеток, то есть в то время, когда не началось ещё массовое перевоспитание людей.
Для перевоспитания людей нужно изменить материальные и общественные условия. Не забывайте, что в эпоху нэпа был ещё жив и кулак, и единоличник, и купец, и концессионер. И перед всей страной не был ещё поставлен конкретный план строительства бесклассового общества… Тогда такой, как Ольга, легко было соскользнуть к индивидуализму.
Зотова сама прекрасно понимает бессмысленность и преступность своего выстрела. Не выстрелами мы боремся за повышение нашей культуры и за очищение нашего общества от всяких буржуазных пережитков. Зотова прекрасно понимает, что своим выстрелом она сама себя отбросила на уровень тех людей, с которыми боролась, которых ненавидела. Зотова сама себя жестоко осудила и наказала, и наше общество должно ей помочь подняться».
Так может, есть ещё надежда у девицы Зотовой? Мне было узнать на канале Шакко об искусстве о возможном прототипе героини повести А.Н. Толстого "Гадюка". Но, думаю, куда больше похожа на «Гадюку» - Фрума Ростова-Щорс. Персонаж неоднозначный и сложный. Тут и революционная жестокость, описанная другими классиками — Теффи и Аверченко, и роман с героическим комдивом, и долгая мирная жизнь после революции. Ну чем не возможный хеппи энд?