В воскресенье утром мы встретились на привокзальной площади. Лена (я, кажется, еще не представил барышню?) была в симпатичном голубом платье - голубые балетки и голубая маленькая сумочка дополняли образ. Разрушали образ белый зонтик-трость, кокер-спаниель на тонком поводке и книга под мышкой. Та самая. Лена была упряма.
Но больше всего меня поразила ее шляпа – с огромными полями и цветочной веткой на высокой тулье. По-видимому, именно в этом была изюминка созданного ею образа.
Кокер старательно облаял меня, потом успокоился и задремал.
- Может, поедим сначала, я с утра не завтракала? - Лена задумчиво посмотрела на ларек с привокзальной шавермой. – Я же должна быть на позитиве?
- Да, точно. Что у тебя на голове?
- Тебе понравилось? – обрадовалась Лена моему вниманию, - это я у Вероники взяла, как мне идет?
- Может кофе выпьем? – очень не хотелось начинать день со спора.
- Лучше шаверму, тут вкусная и недорого.
- А не боишься шаверму в таком месте брать?
- В каком таком? Нормальное место, я брала уже здесь, не бойся, не отравишься.
Мы сидели на пластмассовых стульях за пластмассовыми столиками и ели шаверму с пластмассовых тарелок. Кокер брезгливо принюхивался и недоуменно смотрел на нас.
Потом, наконец, сели в электричку. Народу было не очень много, Лена устроилась у окна, я сел рядом и достал ридер. За спиной у нас шумела компания подростков, а напротив дремали гастарбайтеры. Через полчаса мы сошли на перрон вокзала в Павловске.
Погода разгулялась и настроение улучшилось. Я достал фотоаппарат и сделал несколько пробных снимков, кокер весело потявкал, одобрительно посматривая в сторону парка. Куда мы незамедлительно и направились. Небольшая очередь за билетами – и мы идем по широкой дороге вглубь парка, сдерживая внезапно проснувшийся интерес кокера к выбегающим белкам.
Надо было найти подходящий вид. Вышли к симпатичному мостику. И началось.
Лена раскрыла зонт, книгу и села на траву, положив кокера на колени. И посмотрела на меня, ожидая одобрение. Картина, если честно, была так себе. Особенно зонт. Он раздражал меня больше всего.
- Так, – я решительно подошел к Лене, - встань вот здесь, шляпу сними, книгу закрой, зонтик отдай. Собачка тоже пойдет со мной.
- Ну вот, зачем тогда все это? – капризным тоном возразила Лена. Но, увидев, что я не настроен спорить, вздохнула и захлопнула книгу. – Ладно. Бери. Но для меня сделаешь нормальные снимки?
- Нормальные сделаю, конечно. А сейчас давай сделаем ненормальные.
- Не обижайся. Я…
- Не обижаюсь, все давай, пока солнце не режет…
Я целый день таскал ее кокера, ее зонт, шляпу и книгу. Я очень старался. И снимки, действительно, удались. Мы устали, перекусили в небольшом кафе и отправились делать «нормальные снимки». Ничего более фальшивого я не фотографировал. Но Лене нравилось. Она делала загадочные глаза, томно рассматривала книгу и играючи крутила зонтиком перед кокером.
Потом Лена фотографировалась «с белочками». Потом - «с лошадками». На скамейках в зале ожидания вокзала. В полупустой электричке. В тамбуре электрички. На перроне. Потом я устал и посадил ее на маршрутку, забыв отдать книгу. Приехал домой, попил чай и рухнул в кровать. На завтра предстояло самое трудное – обработка фотографий. В этом священном процессе Лена пожелала участвовать с новыми для меня ультимативными нотками в голосе.
Сам процесс ей нравился все больше и больше.
(продолжение следует)
