Экс-гендиректор «Кубани» о трансфере Попова и других махинаций в клубе:
Я вложил порядка 20 миллионов рублей. Многие расходы, не имевшие отношения к спортивной составляющей, оплачивал из своего кармана. Честно говоря, было стыдно судиться с "Кубанью", рассчитывал на порядочность людей, обещавших все вернуть на следующий день после ухода. Не вернули до сих пор. После суда пытался оспорить через РФС. Администрация края стыдила: «У нас такие материальные сложности, а ты…». Потом люди стали уходить от общения, пришлось обращаться в суд. Выиграл все три инстанции, присудили компенсацию. Но поскольку верил губернатору с Мкртчаном и вносил деньги под честное слово, сумму долга признали частично.
Левых сделок через клуб не проводил, дивидендов не имел. Наоборот, совершил самый дорогой на тот момент трансфер в истории «Кубани», продав Попова. С него, кстати, все и началось.
Мкртчан поднял волну, возмутился фактом продажи. А как не продать, если у «Кубани» полно долгов и к футболисту есть интерес? Видимо, был расчет, что трансфер будет таким же, как другие, совершенные не мной. Знаете, допустим, за сколько продали Траоре?
Его купили, насколько я помню, за четыре миллиона евро, отдали в «Анжи» за два — столько дошло до кассы "Кубани". В 10 раз меньше, чем реальная сумма сделки.
В некоторых жила надежда, что Попов уйдет по схожей схеме, а я продал его в открытую, за шесть миллионов. Даже когда «Спартак» предлагал увести в тень половину суммы, ответил: «Исключено, у нас нечем закрывать зарплатную ведомость, в бюджете прореха».
Кого "Кубань" только ни продавала — Козлова, Озбилиза, Траоре, Мельгарехо… Но самый дорогой по официальной ведомости — Попов и уже потом, кажется, Каборе - рассказал Муравьев.
Вот так и живем! Мы верим в свои клубы, а они все время в долгах, и вот почему!