В начале 1737 г., согласно доносам (материалам) И.К. Кирилова, на территории Башкирии было «…построено и строить зачато 18 городов и городков, в том числе в нескольких живут». К уже построенным форпостам на территории края следует отнести Уфимскую, Бирскую и Табынскую крепости. Из вновь возникших в 1735-1736 гг. городков необходимо отметить Ельдякскую и Нагайбацкую крепости. Данная статья посвящена комплексному историко-археологическому изучению Ельдякской крепости XVIII – нач. XX вв., связанная с привлечением архивных и опубликованных источников, материалов разновременных карт и, в первую очередь, натурных археологических исследований на его территории. Она располагалась на территории современного Караидельского района Республики Башкортостан.
Одно из наиболее ранних сведений о населенном пункте содержится в «Топографии Оренбургской» коллежского советника П.И. Рычкова. Вот что известно из этой работы:
«Елдятская крепость в Башкирии Сибирской дороге на р. Уфа, между гор, от г. Уфы 160, а от Оренбурга 493 версты. Она построена при статском советнике Кирилове в 1735 году. Звание ее происходит от Башкирской Ельдятской волости; ибо стоит на земле той волости башкирцев. Гарнизону в ней ныне половины роты пехотной да служивых казаков 100 человек; жительства дворов со 100; церковь во имя Нерукотворного образа Спаса; укреплена с наружной стороны оплотом».
В то же время, из материалов судебного производства Бирского уездного суда по поводу спорных межевых земель со стороны казаков дано показание:
«… крепость построена в 1736 г. по распоряжению правительства на землях башкирцев Ельдяцкой волости; до 1768 г. казаки владели землею без всякого отвода вообще с башкирцами…».
В другой работе П.И. Рычкова «История Оренбургская» приложена таблица «Роспись от Оренбурга до Самары что на Волге, по первой Московской дороге и в Уфимской провинции, также со стороны Сибирской от статского советника Кирилова назначено городков» от 1736 г., в которой, по отношению вновь возникших Ельдякской и Кубовской крепостей, дано следующее пояснение:
«каким быть нерегулярным, о том не определено, однако в тех местах разве малое число их потребно, ибо довольно мешеряков».
Незначительная численность служивых казаков подтверждается архивными сведениями, по материалам которых известно, что из Ельдякского городка капитан Чертов командовал партией в 100 человек драгун и солдат, и с ними мещеряков и иноверцев – 220, во время восстания в 1736 г. обратил в бегство восставших.
Все казаки служили до тех пор, пока были в силе, в отставку увольнялись только лишь за увечьем и дряхлостью. Состоя на службе никакого содержания от казны не получали, за исключением одного лишь нерегулярного корпуса. Каждый из казаков должен был содержать себя на средства, какие изыскивал от владения землей и угодьями, какие были предоставлены в общее пользование; кроме того, он должен был иметь двух строевых лошадей и вооружение. Независимо от всего этого, казаки несли разного рода земские и натуральные повинности, платили деньги на содержание станичных властей и присутствия.
Осознавая тяжелое положение казаков, И.И. Неплюев в 1748 г. ходатайствует в Сенат о создании «Оренбургского казачьего войска», куда, в том числе, вошли нерегулярные части Ельдякской крепости.
По материалам Национального архива РБ известно также, что в 1768 г. по указу Уфимской провинциальной канцелярии казакам был сделан отвод в 24,5 тыс. десятин земли. В дальнейшем, по договору между казаками и башкирами д. Седяш от 24 июля 1794 г. казаки получили в аренду землю на 20 лет. Для сравнения: на 200 человек стрельцов Солеварного городка в центральной части Башкирии в 1689 г. было выделено всего 679 десятин земли.
В Крестьянской войне под предводительством Е.И. Пугачева, вспыхнувшей в сентябре 1773 г., гарнизон Ельдякской крепости уже к декабрю оказался в руках восставших. В апреле 1774 г. Салават Юлаев отправил в городок 200 человек с целью усмирения волнений казаков во главе с отстраненным атаманом Старковым. В ходе экспедиции был наведен порядок в крепости и оштрафован на 200 руб. атаман Старков с запретом в дальнейшем атаманствовать в Ельдяке. Однако уже 25 сентября того же года крепость была захвачена Рылеевым вместе с денежной казной и солью.
Решающее сражение между отрядом Салавата Юлаева и правительственными войсками произошло 22 сентября 1774 г. недалеко от Ельдякской крепости. По сообщению подполковника И.К. Рылеева, отряд восставших численностью до 3 тыс. человек обращен в бегство, а несколько сот человек были побиты при преследовании. На месте указанного сражения возле Ельдякской крепости уже в 1775 г. было приведено в исполнение наказание предводителю восставших – Салавату Юлаеву – 25 ударов кнутом, а также вырваны ноздри и поставлены знаки на лбу и щеках.
В апреле 1835 г. казаки крепости выступили против общественной запашки и грозили перебить войсковых чиновников. После подавления выступления карательным отрядом под руководством военного губернатора В.А. Перовского 170 казаков были преданы суду и получили различные наказания. Данное событие имело решающее значение в определении дальнейшей роли Ельдяка как укрепленного опорного пункта на севере Башкирии. Согласно «Журналу заседания Комиссии о наделении землей припущенников деревень Седяшевой и Урюшевой Ельдяцкой волости Бирского уезда», в межевом споре от 1854 г. указано: «… земля бывшей Ельдяцкой крепости, что ныне село Ельдяк…». Вероятно, в период с 1835 по 1850 гг. Ельдякская крепость утратила свое военное значение и приобрела статус села. В это же время, а именно в 1835 г., казаки Табынской крепости были переселены в поселок Полтавский, в результате чего форпост также прекратил свое существование.
В 1842 г. в селе было 337 дворов с 2203 жителями, имевшими 1900 десятин посева, 7410 десятин сенокосных угодий, 15136 десятин леса. Во второй половине XIX в. численность села Ельдяк в период с 1870-х гг. и вплоть до 1920-х г. сократилось до 400–500 человек при 85 дворах. В 1956-1959 гг. жители покинули населенный пункт в связи со строительством Павловского водохранилища, переселившись в близлежащие населенные пункты, в частности, село Атамановка.
Удобное расположение крепости на мысу правого берега р. Уфы, образованного поворотом русла, не требовало сооружения значительных оборонительных укреплений, о чем ранее свидетельствовал И.К. Кирилов. Строительство оплота на внутренней площадке мыса, у его основания, решало задачу обороны поселения в случае возможного нападения. Аналогичным образом в северо-западной и северной части Башкирии строились многочисленные городища бахмутинской культуры эпохи раннего средневековья, с той лишь разницей, что в качестве площадки для поселения использовались высокие мысовидные площадки или коренные террасы рек.
Стоит также отметить, что расположение Ельдякской крепости среди аналогичных поселений XVI–XX вв. является единственным примером на территории Башкирии удачного использования ландшафта местности, для которой не требовалось строительства круговых замкнутых оборонительных укреплений.
Наличие самих фортификационных сооружений археологически не было зафиксировано в ходе разведок 2001 и 2016 гг. Вероятно, они были разрушены во время строительства корпусов физкультурно-оздоровительного комплекса (ФОК) «Звездный» и проведения ландшафтных работ на его территории.
На исторических картах Ельдякской крепости 1804 г. и 1828 г. также не зафиксировано наличие валов. В частности, на карте 1804 г. крепость занимала центральную площадку мыса, в центре которого находилась церковь. Восточную оконечность села, судя по карте, занимало кладбище, а также немногочисленные одиночные постройки, либо подворья жителей. На карте 1828 г. зафиксированы те же границы села с той лишь разницей, что погост расположен южнее оз. Фомина, не менее чем в 1 км западнее населенного пункта.
Схематичность указанных архивных карт села Ельдяк не позволяют точно позиционировать расположение населенного пункта и его границы в современных условиях. Необходимо также учитывать тот факт, что часть мыса, образованного поворотом русла реки Уфа, на котором располагалось село, оказалось затоплено в ходе наполнения Павловского водохранилища в период с 1959-1961 гг.
Следует предполагать, что большая часть площадки крепости и его культурного слоя находятся под водой. Об этом также свидетельствуют местные жители, которые указывают, что в периоды наиболее значительного падения уровня реки проявляются полуразрушенные каменные фундаменты строений. Сопоставляя ширину русла реки на исторических картах с современными спутниковыми снимками, с учетом наполнения водами Павловского водохранилища, затопленными, по нашему мнению, оказались земли в 700-800 м южнее, в 150-200 м восточнее и в 300–400 м севернее современной береговой линии площадки мыса.
В 2016 г. археологами Института этнологических исследований им. Р.Г. Кузеева УФИЦ РАН были проведены натурные археологические исследования на площадке памятника, где были заложены 6 рекогносцировочных шурфов с целью определения мощности культурного слоя и выявления предметов материальной культуры населения Ельдякской крепости первой трети XVIII – сер. XIX вв. и села XIX – нач. XX вв.
Мощность культурного слоя на исследованной территории памятника составила 0,3–0,4 м. Материалы археологических исследований представлены в основном стенками гончарных сосудов, немногочисленным остеологическим материалом и железными изделиями, в том числе однолезвийными ножами.
Всего в шурфах были выявлены 178 фрагментов гончарных сосудов трех типов. Первый наиболее многочисленный (125 фрагментов) относятся к XVIII – сер. XIX вв, характерна керамика первого типа, отмученная из материковой ожелезненной глины со значительной примесью песка. Керамика второго и третьего типов характерна для последующего исторического этапа, связанного с мирной истории села Ельдяк середины XIX – нач. XX вв.
По воспоминаниям сотрудников ФОК «Звездный», во время строительства корпусов комплекса находили различные украшения, в том числе серебряные, а также многочисленные предметы из железа и керамики. В ходе осмотра территории памятника были выявлены два фрагмента чугунных котлов, совковая лопата с верхней тулейкой и широкое железное кольцо диаметром 6,7 см с крюком.
Археологическое изучение укрепленных поселений и крепостей XVI–XX вв. на территории Башкирии началось сравнительно недавно и ставит своей основной задачей изучение быта и материальной культуры военного служилого населения. Керамический материал, полученный в ходе археологических исследований на территории Ельдяка, фиксирует этап военной истории крепости, а затем наступления мирного периода в селе Ельдяк.
Оригинальный текст опубликован в статье Э.В. Камалеева Археологический комплекс «Ельдякская крепость» первой половины XVIII – нач. XX вв. // Magistra Vitae: электронный журнал по историческим наукам и археологии. 2018. № 1. С. 160–168.
Читайте также:
Русская крепость Табынск в Башкирии;
Укрепленные поселения раннего средневековья в Башкирии;
Укрепленное поселение Улак-1 синташтинско-аркаимского типа в Башкирии;
Керамика XIX-XX вв. как исторический источник.