Метаморфозы падения

Поздний вечер, старый, обшарпанный подъезд пятиэтажного дома. Освещаемый лишь тускло мерцающей лампочкой. Этот единственный светлячок мотается из стороны в сторону от ветра пускаемого легкомысленной дверью. Состояние краски на облупленных стенах, не то от старости, не то от отчаяния людей здесь обитающих: наркоманы; алкоголики; отчаявшиеся, одинокие пенсионеры... Устойчивый запах неустойчивости и нерешительности, охватывал всяк сюда входящего, не оставляя даже надежды. 

Входная дверь отворилась и вместе с уличным ветром в подъезд мирно вошёл он. Юра, бывший наркоман, сменивший свой род деятельности на крепкий алкоголь и боярышник, лет двадцати пяти, хотя на вид походивший на все 40, с заросшей щетиной и сухим телосложением, будто марафонец из Нигерии после дикой сушки. 

Юноша оглядел мирно висящую на лифте табличку - «Не работает!», и побрел на пятый этаж, волоча ноги по лестнице. 

Проходя между четвёртым и пятым Юре в спину, отлипая от стены словно старая потрескавшаяся штукатурка, выполз старый подельник Гриша. Потерянный человек, его глазные впадины измерялись метрами, кожа, казалось, просвечивала кости.

-Ну привет...Сдал меня ментам, гнида... Получай! - эти выплескивающиеся с брызжущей слюной слова, сквозь срежет зубов, холодили затылок Юрца. 

Юра лишь успел обернуться как в его глазах сверкнул молоток, четко рассекший его лобную кость, он перевалился через перила и каплей улетел в низ.

Пролетая этажи, он припоминал одно из высказываний, услышанное им где-то: «Но главное это не падение, а приземление», вроде из французского фильма «Ненависть» с молодым Касселем. 

Но только он успел что-то понять как его тело подобно капли воды разбилось о плитку первого этажа. 

Падение не прекратилось, он будто бы пробил кафель и летел уже в бездну, такую чёрную и глухую. Юре казалось что он будет вечно так лететь и ему отчасти нравилась эта невесомость. 

Его радость разбилась о плитку. Теперь же лицо его, словно выплюнутая жвачка, прилипло к белой, европейского качества плитке, Юра такую видел лишь в частной наркологичке. Он с силой отлепил своё лицо, а то будто бы вернулось в исходную форму после падения с высоты, издав при этом звук булькающей воды. 

-Кажись оно,- в мозгу Юры, возможно, совокуплялись демоны, но он подумал о чистилище или о чём-то таком что в его представлении им и являлось. 

-И хренали мне делать, я же в этом всем ничего не смыслю,- продолжая диалог с самим собой сказал он. 

Спустившись на первый к регистратуре Юрец увидел всю суматоху этого заведение. 

-Кажись, проверка скоро прибудет из этого как там его,- он задумался, да и может и не знал ответа, был не слишком религиозен по сей день. 

Манипулируя терминалом системы «СТИКС» он выбил себе талон на регистрацию, перед этим заплатив один обол из своего кармана и занял очередь, номер которой уже не помещался на отрывном талоне. 

Суматоха в «наркологичке» стояла адская - медсестры бегали из кабинета в кабинет как пропойцы с бодуна, раздавались телефонные звонки то с одной стороны, то с другой, и то и дело по громкоговорителю отсчитывали цифры, будто рефери нокаутированному бойцу, но все это не имело значение для Юры. 

-И что все, мда я не так себе все представлял, как то все слишком бюрократично, да и зачем вообще очередь,- в недоумении стоял посреди коридора «поступивший». -Не-е, Я, так просто, не сдамся, ха-ха, я даже от освидетельствования от яицилопых уходил, что-то и здесь должно быть.

Незаметно прошмыгнув через врачей и сестёр он вышел через запасный выход куда вёл технический коридор.

Тупик, в конце коридора лишь белая наглухо закрытая дверь. 

И через сотую попытку её открыть, прилагая неимоверные усилия, Юра почти сдался, но тут он услышал все тот же приближающийся громкоговоритель 

121...122...123...124....125

И вдруг дверь отворилась яркий, выдавливающий глаза свет, пронзил насквозь голову Юрца, перемещая его в пространстве, он будто бы расщеплялся, а потом снова собирался в тело летая в радужном туннеле. 

И вот снова поздний вечер, лифт, лестница, четвёртый этаж. 

Он оборачивается и в глаза своему убийце:

-Да, а ты бы как поступил на моем месте?