Помогающий специалист работает в системе человек-человек. То есть нашим рабочим инструментом являются не только методы, приемы и техники. Основную ценность имеет наша личность.
Я не открою Америку, если скажу, что в помогающую сферу чаще всего приходят и остаются те, кто знает что такое нуждаться в человеческой помощи. Если рассмотреть жизненный опыт каждого из нас под лупой, скорее всего мы найдем причины такого профессионального выбора.
Но дело не только в жизненной истории, но и в особом личностном складе, в нашей системе ценностей, в наших способах их реализации. И здесь есть тонкий момент – несмотря на весь этот бэк-граунд мы должны оставаться в порядке.
Что входит в этот самый порядок?
- эмоциональная устойчивость;
- способность к сопереживанию;
- четкое понимание и сохранение личных и профессиональных границ.
Но помимо работы мы живем простую человеческую жизнь, наполненную успехами и неудачами, радостями, печалями и тревогами, встречами и расставаниями. Если переживаний вокруг этих процессов много и нам не хватает сил с ними справляться, это неизбежно повлияет на качество работы с клиентом.
Приведу простой пример. Я человек с высоким уровнем тревожности. Это означает, что многие события и отношения в моих фантазиях становятся важнее, чем есть на самом деле. Когда я ресурсна, я хорошо отличаю, где находится источник моей тревоги – снаружи (объективные причины, действительно требующие моего внимания) или внутри (мои фантазии о том, как все страшно и плохо).
Почему важно это отличать? Потому что объективную тревогу можно снять действием. Если я тревожусь о чем-то в работе с клиентом и понимаю причину, я смогу задать уточняющий вопрос, провести дополнительную диагностику, попросить помощи у коллег и смежных специалистов. Работа выйдет на новый уровень, появится план действий, тревога снизится.
Но гораздо сложней, если причина лежит внутри меня. Например, в своей практике я плохо сработала в похожем случае несколько лет назад и до сих пор не прожила чувства по этому поводу. Или клиент неуловимо напоминает мне моего холодного и отвергающего родителя, что делает меня скорее маленьким ребенком, а не взрослой компетентной тетенькой. Или я сама не переработала созвучный клиентскому жизненный опыт, и он болезненно фонит, когда я работаю с этим случаем. Это все будет ощущаться как та же тревога. Но ее не снять действием, хотя порой люди пытаются это делать. Работа становится хаотичной, теряется логика, потому что на самом деле мы спасаем не клиента, а себя через работу с ним. И это рано или поздно навредит и клиенту, и процессу, и нам.
Что с этим делать? Обращаться за помощью, в интервизионные группы, к супервизору, в идеале – в личную терапию. Для чего? Чтобы как минимум отличать себя, свои чувства и состояния от клиента, его чувств и состояний. Разделять и не смешивать. Клиентам и так достаточно своих проблем. Но если мы имеем опыт совладания со своими внутренними демонами – это большой ресурс, который можно и нужно использовать. Наши клиенты очень удивляются, когда мы рассказываем им о том, что и у нас бывают трудные периоды. Мы можем поделиться тем, что помогало нам справляться. На своем примере показываем, что у всех бывают трудности, но со временем их можно преодолеть – частично или полностью. Это снимает напряжение и внушает надежду.
Кстати, с внутренней тревогой такой подход тоже помогает справляться.