История от Черных Птиц
Царевна Несмеяна
О гибели Леньки рассказала старуха Шушара из соседнего села. Ее считали ведьмой, так что это были не слухи. И сразу стало все равно, за кого идти замуж.
И вообще, жизнь немила стала. Царевна даже плакать не могла. Пусто было в сердце, пусто было на душе. А тут еще мамка нашла пол-бутыля самогона на чердаке и тоску звериную и залить-то стало нечем.
Несмеяна лежала на топчане и просто смотрела в серое небо. Спутанные косы не чесались уже неделю. Даже матушка-царица остерегалась заходить в светлицу:
Однако, пришлось. Приехал еще с вечера наместник из отдаленного уезда, да сообщил о небывалом бунте среди мужиков. С Юго-Востока, говорят, задули ветры горячие, всю пшеницу погубили. А еще ведают, будто живет там чудище неслыханное, невиданное, да будто ноги у него все извиваются и клешнями то Чудо Чудное, Диво Дивное будто бы любую кольчугу перешибает.
И вроде как ходили слухи, что стали девки из деревень окрестных пропадать.
Да ведь мало ли что люди-то болтают: Народ нонче темный: Но бунта в наших краях допускать никак нельзя: И для поднятия духа просил уездный глава саму матушку - защитницу-царицу прибыть на место, да самой поглядеть, что и как. И так уж получилось, что на царстве-то и оставить некого, кроме горемычной да безутешной Несмеянушки. Подумала царица, да и рассудила так:
"Парашка, Агафья, чтоб глаз да глаз за Царевной. Ежели чего приключится - лично по три шкуры спущу и в срамную избу к тетке Марфе продам!"
И укатила еще засветло на тройке.
Девки пошептались-пошептались - "Че ей сделаццо-то, совсем блаженна стала царевна-то" - да и порхнули до кузницы, где молодой кузнец Михайло как раз нехитрый обед свой вкушал не спеша: "А что, девки, барыня-то ведь надолго укатила! Айда на танцы вечером! Через костер прыгать будем! Хороводы водить!" И далеко за околицу разливался девичий смех:
Оцепенение вдруг покинуло Царевну так же споро, как и взяло. Поднялась она, сердешная, огляделась вокруг чумным взглядом. И вдруг: Увидала выход! "Зазнобушка моя ненаглядная, до дна не выпитая! Все равно я рядом буду! Обернется моя душа голубкой белой и будем мы вечно с тобою вместе:"
Как во сне встала, распустила косу и как была босая, да в сорочке отправилась, горемычная, на реку:
И в каком-то восторге уже взошла на крутой берег, и с обрыва белой ласточкой вниз ринулась.
В такие темные, зовущие и холодные воды реки:
Страшно холодный, самое нутро рвущий кашель заставил прийти в себя. "Госпожа: Госпожа: Вам лучше? Госпожа?". Сквозь туман стали проступать очертания: Сердце болезненно сжалось: "Неужто, русалки умыкнули..?" Ан нет, вроде костер горит:
"Ты кто?? Где я, леший вас всех в пень??" Перед царевной сидела маленькая раскосая... девочка?
Девушка? По сравнению с самой Царевной, выросшей на белых хлебах и молоке - совсем миниатюрная, но, судя по решимости в проницательных раскосых глазах, отнюдь не беспомощная девушка в шелковом дорожном костюме. Судя по слою пыли на нем, путь лежал издалека: Но это все Царевна увидит потом, а пока лишь ночь, тепло костра и протянутое гибкой и хрупкой как тростинка соседкой полотно сухое.
-"Ты кто?? Откуда взялась? Это ты меня вытащила??"
-"Я, госпожа" - чуть слышно, а голосок, как серебряный колокольчик.
-"Да какая я тебе госпожа, брось ты, ладно, хватит тут на сырой земле мерзнуть, пойдем-ка во светлицу, а утро вечера мудренее, там и расскажешь, откуда такая диковинная в наших краях объявилась ":
Начало
Афиша Виртуального Театра