Мгновение страсти сменилось блаженством расслабленного покоя. Они оба совершенно обнаженные, изможденные всесокрушающим вихрем эмоций и чувств лежали на многострадальной кровати. Смятое, утратившее свою девственную чистоту покрывало обескураженно пребывало где-то на самом краешке любовного ложа, словно насладившийся чужой страстью вуайерист. Он нежно, едва касаясь, водил ладонью по ее разгоряченному, все еще податливому телу. — Ты помнишь, как мы встретились? — нарушила она вдруг молчание. Ее голос предательски дрогнул в конце фразы, словно ей стоило неимоверных усилий разорвать томную пелену сгустившейся тишины. — Помню, — мягко улыбнувшись, ответил он. — Кажется, только-только зацвела сирень… — Сирень, — согласилась она и повернулась к нему так, чтобы заглянуть в его лучившиеся жизнью карие глаза. — Ты все еще любишь меня? — аккуратно, чтобы не потревожить чарующую магию чувств, спросила она, заранее зная ответ. — Да, — коротко ответил он, обняв