Тут, в этом нашем "элитном поселке ", принято радоваться праздникам всей душой И не беда, что карантин, да какой-то там вирус. Шумно и весело справили пасху, с притопами и прихлопами. Даже устроили маленький, но салют. А в понедельник протрезвились и прослезились... вот вам шутки, вот вам и веселье. Не может быть все-таки пир во время чумы...
Это опять я, безработный адвокат во временной отставке. Помните, писала, как дивно мы тут в элитном поселке нашем все живем. Так есть же продолжение. И неожиданное. Сижу с ребеночком своим, пятнадцати лет, дома, очень тихо и носа не высовываю. А страшно ведь его высунуть. Вирус, оказывается, не дремлет. А уже продукты кончаются, и идти надо в то самое место, где все и произошло. Хоть противочумный костюм надевай... Так нет его, я бы надела. Оказывается, все так обыденно, просто и так все рядом...Сегодня буйное веселье, а завтра- вечное молчание под сосной...
Вот все тут живущие хорошо знали этого соседа, видели его каждый день, к счастью, не в соседнем с нами хотя бы дворе. Они живут в так называемом таунхаузе, то есть в осовремененном бараке, -многоквартирном доме с отдельными входами в каждую квартиру и с маленьким кусочком земли перед каждой дверью, размером с варежку. В этом доме поселилось много очень небогатых и не заносчивых. И этот Петр был из числа подобных., но вполне себе нормальный человек при том. Средних лет, супруга и дочь лет десяти - вот и все семейство. И всегда его видели в любимой позе- все лежа свою машину ремонтировал. Занимался каким-то промыслом дорожным, что-то возил. И тем жили. Не шумно, достаточно неприметно. А вот соседи по этому таунхаузу- по преимуществу многодетные, и народ чрезвычайно простой. Проще пареной репы. По этой причине орда полуголых и босых уже весной детей носится на треугольнике пространства- между магазином Пятерочка, грандиозной помойкой прямо рядом с этим домиком и самим домиком, где все они живут, а он - жил. Не стоило бы разговору... Но вот умер этот Петя. + И все почувствовали силу зла и немного примолкли. Не знаю, надолго ли...
Везде надо , как правильно советуют французы, "искать женщину". Жене не сиделось спокойно, и она, не обращая внимания на какой-то там вирус об руку с какой-то там эпидемией, - погнала его, предварительно испилив до костей, в Москву, где он и занимался своим промыслом. Вернулся он уже больным, простудился - по ее версии. Кроме того- человек грузный , с сердцем не совсем. И диабет у него был... В общем полный весь набор. Ну, плохо и плохо... Кому сейчас хорошо. Но ему совсем уж плохо. Скорая ничего не сказала внятного и не забрала. Через сутки- вторая скорая и тот же результат. Дважды делали тесты - никаких показаний, во всяком случае так говорит мудрая супруга. На третий раз, когда уж ни дышать , ни говорить не мог- увезли. Больше живым его не видели. Мадам эта сидит запертая в квартире, продукты ей привозят ребята в масках и оставляют под дверью. Но всем сообщается, что у него , у Петра, была простая пневмония. просто врача вызвали поздновато. А так бы спасли. Запросто. Человек упокоился. Хотя похорон, во всяком случае здесь, не было. А все оставшиеся и пока живые+, наоборот, впали сначала в ступор, а потом в холодный ужас: ведь дело в том, что вернулся он десять дней назад. Общался со всеми. Машину опять ремонтировал во дворе. Дети эти соседские голопузые бегали и играли с их дочкой.
Вот пока все. Никто ничего никому не говорит. Правды не узнаешь и не дождешься. Сидим дома и трясемся.