Одни люди били вёслами тех, кто пытался зацепиться за шлюпку. Другие - спасали. Так всегда было.
Я зашла в сетевой продуктовый магазин у дома. Небольшой и небогатый магазин на окраине, хоть и сетевой. Пятнадцать лет сюда хожу. Обычно людей много и даже тесновато. А сейчас магазин стал просторным. Почти никого нет.
На полу разметка, и от неё грустно, как от бумажных полосок, наклеенных крест-накрест на окна. В фильмах про войну эту деталь показывают часто.
Продавцы в перчатках и масках. Все словно постарели; грустно смотрят поверх голубых масок. И негромко говорят друг с другом: «такие скидки хорошие. А люди не покупают, денег нет у людей!».
Продавцы почти все те же, что и много лет назад. Как только этот магазин не назывался, а сейчас стал сетевым. Но люди те же, привычные, хорошо знакомые. Те же глаза поверх масок. И старый охранник - тот же.
Зашла женщина средних лет, тоже в маске. У светлых волос отросли тёмные корни, морщины у глаз. Но видно, что она попыталась накраситься, немного подвела глаза. И под старый плащик надела белую блузку. Зашла и растерянно озирается. А потом решилась и тонким голосом спросила:
«Анкету куда подавать?», - получилось слишком громко в тишине. И визгливо от волнения.
«Какую анкету?», - спросила кассир.
«На работу поступить», - уже тихо сказала женщина с пегими волосами и вдруг заплакала. Знаете, так по-детски, громко всхлипнув. Маска закрывает лицо, но она все равно отвернулась и стала стараться не плакать. Стыдно закатывать истерику при всех. Кто ж истеричку возьмёт на работу?
А продавцы-тётки окружили ее. И кассир включилась в беседу. Женщина осталась без работы, она в кафе работала. И первое время надеялась, что скоро все наладится. Всех выпустят, - это она так говорила. Болезнь уйдёт или ее научатся лечить. А кафе откроется снова. И она снова будет пельмени и самсу лепить...
Но ничего не вышло. Деньги кончились, а надо кормить детей и кота. Дети постоянно есть хотят, они подростки. И кредит надо платить. И за квартиру. Вот она и пришла устраиваться в сетевой магазин. Просто ей сейчас страшно, - понимаете? Просто страшно. Вот она и расплакалась.
И продавцы стали утешать женщину. Ее непременно возьмут на работу! Надо только анкету правильно заполнить. Это вы хорошо придумали, что пришли в наш магазин. У нас хороший магазин. Питанием обеспечивают. И хорошие покупатели, вот, смотрите, кто к нам ходит! На этих словах на меня показали пальцем. Но я не в обиде.
Мы в одной шлюпке. Может, не в шикарной и роскошной, но вёслами здесь никого не лупят по головам. Люди помогают друг другу спастись и готовы немного подвинуться. Давай, залезай бодрее и берись за вёсла! Не плачь!
И это просто история нынешних времён. Про людей. И про жизнь…
Анна Кирьянова