Народный артист СССР Борис Ливанов (отец другого народного - Василия Ливанова, знаменитого Шерлока Холмса) был известен и любим публикой не только за свой грандиозный актерский талант, но и за байки, которые ходили про него еще при жизни. Ливанов славился необузданным нравом, смелостью, громким голосом и пренебрежением к власти. Историю про "Гопкинс" стала классикой: во МХАТе была традиция - если кто-то из актеров говорил это слово, все остальные должны были непременно подпрыгнуть. Однажды Ливанов произнес "Гопкинс" в тот момент, когда министр культуры Фурцева отчитывала народных артистов МХАТа, а те почтенно ее слушали... А потом вдруг подпрыгнули!
А эту историю рассказал друг и коллега Ливанова по сцене народный артист СССР Марк Прудкин.
Борис Николаевич Ливанов, красавец, в зените славы был украшением любого общества. Его часто приглашали на правительственные приемы, где собирался советский и зарубежный бомонд. Но с возрастом Борис Николаевич нередко терял над собой контроль, перебирал спиртного и становился не в меру шумным и острым на язык. Тогда кто-либо из обслуги, которой велено наблюдать за надлежащим порядком, подходил к Ливанову и говорил на ухо: «Борис Николаевич, вас к телефону. Разрешите проводить». Галантно выведя его из зала, человек вел Ливанова в машину и отправлял домой. Такая сцена повторялась несколько раз. Устроители приемов перестали приглашать столь хлопотного гостя.
Прошло некоторое время. И вдруг проносится слух, что Ливанов «завязал». Ведет абсолютно трезвый образ жизни. Приглашение на правительственный прием не замедлило последовать.
Борис Николаевич в смокинге, в крахмале, с бабочкой под восторженные взгляды гостей прохаживается по залу. Начинается банкет. И пока соседи справа и слева изучают напитки, закуски, Ливанов, стоя, берет бутылку водки, наливает фужер, пьет. Не закусив, наливает второй — пьет. И гордо подняв свою великолепную голову, зычным басом зовет: «Ну, где этот хер с телефоном?!»