Был я зелёным пионером в ту пору, лет мне было одиннадцать, и энергия переполняла, часто направляя не туда, куда нужно. Месяц не помню, наверное, август, пребывал я в пионерском лагере, где, по мнению партии родной, должен был укрепиться к новому учебному году, заодно повысив свой идеологический настрой. Иногда выпадали дни, когда не хотелось ни экскурсий, ни, тем более, «весёлых» пионерских «посиделок». В один из таких дней я тихонько отправился гулять по лесу, благо преодолеть забор было не проблемой. Место там было не то, чтобы глухое, но до ближайшего поселения километров с десяток. Углубился я не сильно далеко, чтобы не успели хватиться в лагере. Набрёл на заросли орешника и начал грызть плоды своими тогда ещё молодыми зубами, постепенно углубляясь в заросли. Некоторое время спустя заросли стали всё более сухими, и проглянулась поляна. Не скажу, что она была идеально круглой, но что-то похожее.
Так вот, вся эта поляна была усеяна костями, черепами и целыми трупиками животных всех размеров.
Пардон за подробности, но смрад стоял жуткий, некоторые ещё разлагались.
Травы на поляне не было вовсе, а все орешины вокруг стояли сухие. Не знаю, сколько я простоял столбом,
взирая на это кладбище, но потом меня обуял какой-то страх, может, от непонятного зрелища, может, ещё от чего.
Ломанулся я оттуда со всей доступной мне скоростью. В лагере позже рассказал всё это дело друзьям, которые мне не поверили, правда брехуном не назвали, парень я был «авторитетный».
Я же доказывал свою честность, брызгая, наверное, слюнями и дергая концы пионерского галстука.
При первом же удобном случае мы - я и человек пять-шесть таких же оболтусов - сдёрнули в лес проверить мою честность.
Прекрасно помня направление, в котором я шёл, поляну мы так и не нашли, хотя облазили немало, найдя в том числе и орешник.
За глаза, наверное, брехуном меня всё же назвали. Вот и вся история.