Дед

Дед

Читать это нужно под трек Csaba Palotai The Dilemma https://music.apple.com/ru/album/the-dilemma/1081816167?i=1081816180

А вот про деда. Он заменил отца. Потому что уже в четвёртый класс я пошёл в Новокузнецке. Квартира бабы с дедом была как дворец для меня. После нескольких лет скитаний по съёмным домам в Томске это было как воплощённый рай - ванная с горячей водой, кухня, где все время готовились пельмени и домашний телефон. По нему можно было говорить. И он звонил. Иногда глубокой ночью. И это было особенно круто. Да.

Дед был старшим мастером на металлургическом заводе, в цехе горячего проката. Ему звонили, когда с металлом было что-то не то. И он серьезно объяснял где что подкрутить и отрегулировать. 

Это потом я узнал, что несмотря на это наш металл был очень плохого качества. Неконкурентен.

Помню один факт, он поразил меня своей несоразмерностью с масштабом СССР. Дед сказал, что по производству металлопроката на душу населения Люксембург обгоняет нас чуть ли не в 2 раза. 

Люксембург я знал только как карликовую футбольную страну, которая сралась нашим по 0:7. И у них там был какой то клуб Дюделанж, который прозябал в 4-ой бельгийской лиге.

Деда звали Николай Тихонович. Его отчество ещё выделяло его из всех дедов. Ни у кого больше такого не было. Звучало в нем что то такое деревенское. Дед был один пацан среди девяти что ли девок в семье. Ещё и самый младший. Жили они на Алтае. Очень бедно. 

Все его сёстры за исключением тети Люды из Тольятти, по страшному бухали. И одна даже пьяная утонула в собственной ванной. 

Этот факт мне много раз рассказала баба. Он намертво вбился мне в башку, так, что я был всегда зачем то очень внимателен в ванной. Я все время его вспоминал и до сих пор вспоминаю, когда погружаюсь в наполненную водой ванную. 

Один из сыновей моих тёток пьяный курил в постели и сгорел.

Короче, из за всех этих историй я получил мощную прививку от пьянства с детства. Водка вызывала ассоциации исключительно со смертью, причём позорной и мучительной. 

Это чувство я несу с собой до сих пор. Вкидывая рюмку я мысленно готовлюсь сдохнуть.

Дед косил. Косил в нашем дачном доме в деревне. Он все время косил своей косой, которую ловко точил бруском. В связи с этим он постоянно в деревне ходил на покос. Возвращался бухой и очень собой довольный.

Требовал дома окрошку, которую готовила баба из собственного кваса.

Окрошка - еда пьяных людей или с похмелья. Ее жрут в деревне все.

Помню на нашем участке что то делали человек 15 мужиков. Потом все жрали окрошку. Ее готовили в огромных эмалированных кастрюлях. После окрошки пили пшеничную водку и матерились. Рожи у всех становились красные.

Лавки стояли почему то возле того самого бака с водой, вкопанного в землю. Потом дед пьяный спал в сенях, где мне было очень страшно бывать даже днём. 

Дед парился и лупил себя и меня веником. Баня была самым главным местом все мое детство.

Мы никогда не плескали на камни ничего кроме воды. 

Только потом, когда я уже уехал учиться  в институт в Новосибирск и приезжал на дачу на каникулы я попробовал плескать туда пивом. Я вычитал это в какой то глупой книге. Мы были вчетвером с какими то моими приятелями из Новосиба. Я плеснул пивом на камни, ожидая чего-то невероятного. Запахло тупо хлебом. Ерунда какая-то. 

Тщета и бренность.