Сейчас я люблю, когда в детстве отключалось электричество (обычно такое происходило холодными зимними вечерами, в хорошую метель), когда от силы ветра потрескивали бревенчатые стены дома, а снег, бешено кружась, поднимался добрым столбом вверх, до бесконесности, и резко выбрасывался обратно на землю, оставляя за собой широкий след из сотен тысяч мелких песчинок...
Ветер крепчал, злился, выл, и было слышно его: "Вууу-вууууууу-вууууууууу". То он успокаивался и переходил на шёпот, то снова пылал гневом и начинал истошно вопить...
Сидишь в кресле, подняв обе ноги, дабы подкроватное чудище не утащило тебя в свое логово, и слушаешь противоречиво-спокойное тиканье часов. А бабушка, тем временем, тихо напевая "Су буйлап" (прим.: тат. народная песня) выходила в сени и заносила старую керосиновую лампу, зажигала её и ставила чайник.
Потом мы пили чай, на кухне - у стола возле окошка, с душицей и зверобоем, густо намазывая свежий пшеничный хлеб жирной сметаной и черемуховым вареньем, и ели, похрустывая измельченными косточками сладкой ягоды. Керосиновая лампа испускала тонкую нить копоти в потолк, бабушка рассказывала истории из своего детства, и метель за окном пела: "Вуууу-вуууууу-вуууууууу".....
Да, я люблю это сейчас.