Из цикла "Железные мысли" (2005 г.)
Виктор Петрович всю жизнь считал себя крестьянином и очень мучался от того, что никак не может реализовать свое естество. Волей судьбы он оказался закинут в город, много лет прожив там, чувствовал себя Штирлицем в Германии. Он мечтал, что выйдя на пенсию, он продаст квартиру в городе и уедет в тихое место, где наконец-то осуществит свою мечту и вырастит цветущий, благоухающий сад, где так приятно пить чай в беседке теплыми летними вечерами…
Но жизнь рассудила по-другому: в силу обстоятельств квартира в центре была поменяна не на дом в деревне, а на квартиру в одном из пригородов, к ней прилагался небольшой земельный участок с яблоневым садиком.
После многих лет жизни в центре города и этот вариант показался Виктору Петровичу замечательным, гораздо лучше, чем ничего! Он с остервенением взялся за облагораживание доставшегося ему сада и к осени сад ответил ему взаимностью в виде прекрасного урожая яблок.
Чем больше становились яблоки, тем неспокойнее было у Виктора Петровича на душе: "А вдруг в сад залезут воры? Ветки пообломают, натрясут яблок на землю, побьют их? Я же этого не переживу."
– Да этих собак вешать надо на столбах! – горячился сосед Степаныч, когда они поздно вечером сидели у него на кухне и допивали бутылку водки. – Вот, Петрович, посуди сам: ты работаешь день и ночь, холишь и лелеешь, а тут забрался к тебе какой-нибудь гад, за полчаса испоганил весь сад и убежал. Вешать надо таких собак на столбах! А суд должен оправдывать тех, кто защищает свое имущество: ведь это он вор, он хотел украсть, его и судите! А если я его прихлопнул у себя на участке, значит, судьба такая и дело надо закрывать!
Виктор Петрович слушал молча, кивая в такт словам соседа, он услышанных слов легче не становилось. Они допили бутылку, Степаныч проводил своего гостя до дверей:
– Вешать, вешать собак на столбах! – сказал он заплетающимся языком вместо прощания.
Не смотря на приличную дозу алкоголя, Виктор Петрович спал плохо. Ему снилось, как Степаныч со стремянки развешивает ободранных собак на осветительных столбах. Но собаки, подвешенные за шею, почему-то не умирают, а извиваются и дико лают хриплыми голосами.
"Не к добру…" – пронеслось в голове у него в голове, как только утром он раскрыл глаза. Умывшись и наспех перекусив он устремился в свои владения.
Худшие опасения подтвердились: этой ночью в саду кто-то побывал – сломал несколько веток, обтряс пару деревьев. Виктор Петрович сел на лавку и взялся за сердце. "Что делать? Придется нести вахту. Эту ночь буду спать здесь", – принял решение хозяин сада.
Вечером Виктор Петрович "выступил в караул". При нем был фонарь, мобильник, теплое одеяло и ружье, заряженное дробью, хранящееся у него с незапамятных времен. Он лег на лавку в сарайчике и закрыл глаза, тревожно вслушиваясь в тишину. Сон не шел. "Эх, надо было приемник захватить", – подумал "караульный" и вдруг… его слух уловил тихое шуршание и сдавленные голоса на его участке.
– Гады! Петрович выскочил из сарая, держа в одной руке фонарь, а в другой ружье. Он направил луч в ту сторону, откуда послышались посторонние звуки. – А ну, выходи, стрелять буду! – прокричал он и пальнул из одного ствола для острастки.
Надо сказать, что стрелял он не вверх, т.к. стоял под яблоней и боялся ее повредить, а противоположную сторону от того места, где предположительно засели воры.
Когда утих выстрел, Виктор Петрович различил тихий звук из кустов, куда попала дробь. Звук был похож на тот, с которым падает мешок с картошкой на бок. Петрович развернулся и пошел туда. За его спиной мелькнули две тени и махнули через забор – воры ушли, окликать их было бесполезно, а ловить уже бессмысленно.
Направив луч фонаря в кусты, он отшатнулся: в кустах лежал бледный паренек лет шестнадцати-семнадцати, в его левом виске виднелась маленькая дырочка от дробинки…
Как потом выяснилось, воришки влезли в сад втроем, двое с одной стороны забора, третий – с другой. Первый двоих и засек Петрович, а третий затаился, присев на корточки в кустах.
…Парень не отзывался. Через минуту Виктор Петрович понял, что убил человека…
…Когда заканчивалось первое свидание, супруга Виктора Петровича, стараясь сдерживать слезы, произнесла:
– Витенька, держись. Мы тебя все очень любим, дети волнуются за тебя. Степаныч просил передать слова поддержки от него. А в передачку я тебе яблочек положила, твоих любимых…