Далее должны быть воспоминания 35-ти лет, но их нет. Я умер раньше. После той боярской сходки, спустя недолгий промежуток времени, меня арестовали. В тюрьме я один, на полу солома, на ней я сплю, где-то недалеко находится стражник. Он хорошо ко мне относится, называет "боярин". Под потолком длинное узкое окно. Я лежу на соломе, холодно, кутаюсь в этот красивый парчовый кафтан. Я уверен, что это ошибка, и мои "друзья" бояре меня скоро вытащат отсюда. Как же я ошибался!
По всей видимости, меня просто подставили и убрали с шахматной доски. Как в своё время убрали моего отца. Его отравили. Накануне казни мне сообщают об этом. Ночь я провожу без сна, лежу на соломе, вспоминаю жену, сына и мать. До меня доходит наконец, почему она всё время молилась. Она молилась за нас: за отца, за брата (его судьба мне так и неизвестна) и за меня. Так она пыталась помочь своей семье. Молитвами. Утром часовой говорит мне "Пора, боярин". Мне приносят стопку водки и кусок хлеба. Водку я выпиваю, хлеб не ем. М