Обычно сожженные дотла дома и убитые мирные жители ассоциируются у нас с великой отечественной войной и преступлениями нацистов, однако первыми тут были далеко не немцы. За долго до 1941 года, во время гражданской войны, японские интервенты устраивали подобные акции для запугивания местного населения. На сегодняшний день в сети немало публикаций на эту тему, жертвы преступлений исчисляются тысячами а сожженных деревень десятки. Однако насколько правдива это информация, если авторы публикаций некорректно указывают названия населенных пунктов, на сколько точны их оценки количества жертв этих преступлений? Я нисколько не пытаюсь обелить японских преступников, но считаю что в подобных публикациях уж точно нет места художественному вымыслу авторов, придерживаться нужно только неоспоримым и подтвержденным фактам. Одним из таких преступлений, которое было подробно расследовано и задукоментировано стал инцидент в селе Ивановка Амурской области 22 марта 1919 года.
В этом регионе партизанские формирования были наиболее активны и своими действиями очень серьезно усложняли жизнь японским интервентам. Село Ивановка было одним из самых «красных», являясь своеобразным эпицентром партизанского движения. Именно из Ивановки, прогнавшей белую власть, несколько тысяч партизан готовили в феврале 1919 года наступление на Благовещенск. Партизаны рвались к Благовещенску, но японцы и белые, хоть и с большими потерями, отбились — 22 марта 1919 года японский отряд разгромил партизан, обстреливавших солдат по дороге к Ивановке. Партизаны укрылись в деревне и дали бой. Многие погибли именно в ходе боев за село, оказывая сопротивление. Ивановские события расследовались особой комиссией. Она выяснила, что в селе погибли 208 мужчин, 9 женщин и 4 детей, а также 7 китайцев. Сгорело 67 домов, 95 амбаров, 42 сарая, 4 лавки. Общие убытки — более миллиона рублей.
Современный историк Д. В. Соколов указывает, что информация о якобы полном уничтожении села действительности не соответствует. Историк отмечает, что в большом партизанском селе оказались убитыми значительная часть мужского населения и несколько детей и женщин, случайных жертв боевых действий. Было сожжено не более 8 % жилых домов, при этом впоследствии сгоревшие амбары и сараи были в пропагандистских целях суммированы с 67 домами, откуда и были советскими источниками получены пресловутые 200 сожжённых зданий, постоянно упоминающиеся в советской литературе.
«Развернувшись в цепь и открыв пулеметный, оружейный и орудийный огонь, японцы стали подходить к селу. Испуганное население искало спасения в бегстве, но за околицей его встречал убийственный огонь японцев, стрелявших без разбора по всем, кто выскакивал из села. Только благодаря тому, что японский отряд, шедший из Андреевки для оцепления юго-восточного и южного концов села, опоздал, увлекшись сожжением Андреевки, большинству удалось спастись бегством в оставшуюся отдушину. Черные клубы дыма взвивались над селом. Центр Ивановки превратился в бушующее пламя. Всякий, пытавшийся что‑либо спасти из огня, получал пулю или удар штыка и бросался японцами в огонь. Услышав стрельбу, школы распустили детей по домам. Когда ученики ремесленной сельскохозяйственной школы вышли из здания, японцы открыли по ним огонь. Уложив несколько человек, японцы подожгли школу» », — писала «Амурская правда» в 50‑х годах.