Марта Хиллерс, жительница Берлина. 2 мая 1945
Среда. Впервые за все эти ночи мне удается поспать до утра. Когда я просыпаюсь, майор все еще рядом. Очевидно, у него нет никаких обязанностей, он сам отвечает за свои задания. Мы немного разговариваем, приветливо и спокойно. Ни с того ни с сего он признается мне, что он не коммунист, вовсе нет — он профессиональный офицер, учился в Военной академии и ненавидит молодых комсомольских стукачей. Насколько я поняла, он имеет в виду, что даже у высших офицеров есть основания бояться партийных сторожевых псов. Я поражаюсь тому, как откровенно он говорит со мной. С другой стороны, здесь нет свидетелей. Затем, так же внезапно, он спрашивает, здорова ли я. «Вы понимаете, ты понимаешь, что я имею в виду». (Первое обращение вежливое «вы», во второй раз он обращается более фамильярно, он всегда смешивает их в разговоре со мной). Я честно ему отвечаю, что у меня никогда не было ничего подобного, но я не уверена, что не подхватила что-то от тех русских, которые меня насиловали. Он качает головой и вздыхает. «Ах, эти хулиганы!» (Заимствованное слово, очень распространенное в русском языке, употребляется для обозначения негодяев, хамов, бандитов).
На улице прохладное майское утро. Звенят цепи, ржут лошади, давно уже пропел петух. Но никаких «Катюш», никакой стрельбы, ничего. Майор хромает по комнате и вытягивает ногу, напевая одну песню за другой красивым голосом «побудь со мной, моя милая». Затем он садится на край кровати, достает из кармана маленькую губную гармошку и играет марш с удивительной живостью и мастерством. Тем временем азиат, который на мой вопрос отвечает мне, что он из Узбекистана, помогает своему начальнику надеть мягкие кожаные сапоги. Стараясь пощадить раненую ногу, он с обожанием смотрит на своего майора-музыканта и вздыхает по-русски с иностранным акцентом: «Эх, как красиво!».
Позже, после того как оба уходят, вдова слышит от кого-то в подъезде, что Берлин сдался около 4 часов утра — кто-то услышал это по приемнику. «Мир» — думаем мы и чувствуем облегчение. До тех пор, пока не становится известно, что на севере и юге города все еще идут бои.
Все еще среда, часы ползут вперед. Люди постоянно отвлекают меня во время письма. Один солдат как-то сказал: «Правильно. Вам всем нужно усердно учить русский язык.»
Источник: A Woman in Berlin. Eight Weeks in the Conquered City: A Diary by Marta Hillers, 1945. Published by Picador, 2006.
Проект «Настоящий 1945» создан студией «История Будущего» при поддержке Издательства Яндекса в рамках программы, направленной на развитие культурных и образовательных инициатив в области истории, литературы, искусства и философии.
Читайте записи Марты Хиллерс в её личном блоге, а также подписывайтесь на проект в Яндекс.Эфире и Яндекс.Коллекциях.