Зулейха - это моя прабабушка. Ну, могла бы быть. Я ничего не знаю об этой женщине. Даже не знаю, как ее звали. Вполне могла бы быть и Зулейха.
Ее дочь, мою бабушку по материнской линии все всю жизнь звали Марией Федоровной. А в паспорте у нее было написано "Сатарова Махруся Хайдаровна". Помню, моя двоюродная сестра, младше меня на три года, открывала мне глаза: "А ты знаешь, что бабушка - татарка?!" Прямо как Василий Сталин, пытавший сестру Светлану: "А ты знаешь, что наш отец раньше был грузином?!"
Я к тому времени уже знал. Но вопрос сестры был абсолютно закономерен. Время было такое. В моем классе был грузин. Лучший способ обозвать его был такой - назвать его "грузином". Сразу в драку лез.
Бабушка была абсолютно советским человеком. Учительница истории. Всю жизнь отстаивала советские идеалы, говорила как на партсобрании, в КПСС состояла до самого конца. В перестройку смотрела и читала всякие разоблачения и только повторяла: "Как же нам врали!" Дедушка, ее муж, русский, сын врага народа, тоже до самой смерти был сталинистом и говорил, что "евреев надо убивать".
О ссыльном быте бабушка рассказывала мало. Из ее рассказов я помню только вечный ужас перед голодом и безмерную благодарность ссыльным соседям-латышам - кабы не они, могли бы ссыльные Сатаровы и не выжить.
Когда мне было лет 14, мать и бабушка сделали строгие лица, отвели меня на кухню и стали учить как жить - надо помалкивать, у КГБ везде свои лица, думай, что говоришь, не лезь на рожон. Через 4 года меня задержал агент КГБ - за участие в митинге. А где-то за полгода до того разговора на кухне я впервые наткнулся на фамилию "Берия" - в какой-то старой книжке, найденной в на полке в районной детской библиотеке. Не мог понять, кто это такой, и почему в книжке только названа фамилия, а о том, кто такой этот "Берия" - ни слова.
В общем, вы поняли. Я - классический советский манкурт. О своих предках не знаю практически ничего. В оправдание могу лишь сказать, что они и сами не особо хотели, чтобы я знал. Главное было передать главный советский завет - помалкивай, не высовывайся, у КГБ везде свои люди. А остальное - ни к чему.
Поэтому всякая Зулейха, что плывет на барже по Енисее - моя родственница. И я - их коллективный правнук. Каждой из них. Это мне объяснил офицер КГБ, который задержал меня в 18 лет после участия в митинге. Бабушка и мать не зря отводили на кухню.
Сериал "Зулейха открывает глаза", корявый и неряшливый порой до нелепости - безусловно, главное медиа-событие года. Последний раз у людей так сносило башню только от "Джокера". Что ж, к тому, что из плохих книг выходят хорошие фильмы (и наоборот), мы уже привыкли. Привыкнем, стало быть, и к тому, что массовое бессознательное обливается слезами и над очень корявым, небрежно слепленным вымыслом.
И это знак того, что революция продолжается. И раскулачивание всё ещё идёт. И Зулейха все плывет и плывет по Енисею. А ее дочь Махруся готовится прожить жизнь "Марией Федоровной", чтобы потом, на склоне лет, отвести внука на кухню и передать ему наказ Зулейхи - молчи, за нами следят.
