Судьбой сахалинской природы, особо охраняемых территорий и мусора на них заинтересовались депутаты областной думы. Эмоциональные выступления прозвучали на очередном заседании, тему задал законопроект об ООПТ, принятый в первом чтении. Он предлагает закрепить норму, согласно которой экологическое обследование должно проходить еще и в природных парках и государственных природных заказниках.
Инициаторами законопроекта, как в докладе указал глава комитета по экологии Евгений Лотин, стали он сам, а также Артем Круглик, Александр Болотников, Сергей Бондарев, Виталий Гомилевский, Наталья Ждакаева. Светлана Иванова возмутилась, что её нет в этом списке — коммунистка утверждает, что эту тему она не раз поднимала, а теперь из списка выпала.
— Каким образом вы формируете команду, которая сегодня является инициаторами? Почему вы не видите своих коллег в этом вопросе? Как это понимать? — возмущалась Иванова.
— Светлана Васильевна, в комитет зайдете, во втором чтении будете, если считаете, — начал было отвечать Лотин.
— Спасибо, выпросила, вообще-то вы должны понимать, — не успокаивалась Иванова.
— Я должен к вам прибегать или как?
— На самом-то деле для этого аппарат комитета существует.
— А вы появляйтесь не только на заседаниях, а чаще на комитетах, — дал совет коллеге Лотин.
— Вы знаете, я работаю на постоянной основе, появляюсь на сессии — ни разу их не пропустила, — сказала в ответ Иванова.
Обсудив личные интересы, депутаты перешли на общественные — Дмитрий Пашов поделился впечатлениями от свой недавней поездки на озеро Буссе.
— Ездили на Малое Буссе наше. Что было — заехали, дядька какой-то бомжеватого вида взял с нас 150 рублей, все кругом загажено — это мягко сказать. И в конце поехал с сыном на Большое Буссе. На льду ну просто все загажено. Суть в чем — какие-то дядьки на особо охраняемой территории берут деньги. Но нужно придумать механизм, отдать в какие-то нормальные хозяйские руки. Мы, я говорю, потому что все это делаем мы, в общем понимании, мы загадили весь Сахалин. Мы пока сами не поймем, ну реально, мы все гадим там, где живем. И вот все эти названия — особо охраняемые природные территории — надо как-то решать. Либо карать рублем, либо на 15 суток. Мы детям и внукам, кроме гор мусора, ничего не оставим. Нужно что-то решить, у нас не так много особо охраняемых природных территорий. Мы пока будем вокруг да около ходить, нам нужно что-то решить — либо кого-то казнить публично за какой-то кусок мусора, либо пятьсот долларов, как в Сингапуре, назначить штраф. Печально, обидно, честно, ходить по мусору на наших особо охраняемых природных территориях, — выступил Дмитрий Пашов.
Максим Козлов продолжил тему и отметил, что сам по себе статус ООПТ никого не останавливает от административного правонарушения — люди все равно мусорят, и ничто не влияет на их поведение. В то же время статус ООПТ создает определенные проблемы для, например, Курильских островов, где почти вся земля — одна сплошная ООПТ, в результате не могут выделить участки для строительства или свалки, это запрещено.
— Тут очень тонкие вещи, с одной стороны, мы делаем эти памятники, с другой — ограничиваем определенную хозяйственную деятельность, не давая возможность развиваться собственным территориям, где проживают люди. И с третьей стороны то, что еще раз говорю — мы не можем людей сдержать от того, чтобы они оставляли мусор и браконьерили, и в этой связи надо думать об усилении надзорно-контрольных мер. У нас не хватает служб, у нас не хватает людей, у нас не хватает сил для того, чтобы охранять созданные памятники, — выступил Максим Козлов.
— Это касается не только особо охраняемых природных территорий, а в целом всего у нас, и береговых линий, где народ отдыхает. Нет культуры отдыха у нас, все загажено, — поддержал коллег Евгений Лотин.
Евгений Лотин назвал еще одну причину, по которой все вокруг "загажено" — неработающие на 89 процентов очистные сооружения. Эта тема стоит в плане комитета на май. Что касается мусора — законы есть, а контролировать некому.
Сергей Бондарев поддержал коллег и заметил, что необходим общий инструмент, чтобы можно было штрафовать везде тех, кто мусорит. Например, в Казахстане, как рассказал депутат, этим занимается специальная экологическая полиция. В России аналогичного органа нет.
Существует проблема и с контейнерами и урнами: бывает, что люди хотят увезти с собой мусор с пляжа, но им негде его выбросить. Рядом с береговой линией контейнеров нет, а те, что по пути домой, зачастую бывают забитыми полностью. Вероятно, способы борьбы с мусором и теми, кто его разбрасывает, обсудят на одном из заседаний комитета по экологии.