Да-да, именно так! Конструкторский отдел, в котором я работала в восьмидесятые годы, находился вне территории завода и был удалён от него на несколько километров, так что от завода мы были удалены и изолированы. Сообщение с "материком" было через начальников и по телефону.
Но мы, а основным контингентом были женщины, об этом очень мало сожалели, "удалёнка" наша, как ей и подобает, имела большие преимущества:
1. Здание, в котором мы работали, находилось не в промзоне, как завод, а во вполне цивилизованной части города, поэтому дорога до работы и обратно для всех нас значительно сокращалась.
2. Два пятнадцатиминутных перерыва, предназначенных для занятий физкультурой и именуемые физкультпаузами, мы использовали с максимальной пользой для дома, для семьи - за это время успевали затариться продуктами в ближайших магазинах.
3. Если надо было отлучиться по каким-то неотложным делам, было меньше формальностей - отсутствие заводской проходной являло собой солидный бонус.
Ну, а то, что мы были мало знакомы с людьми, работавшими непосредственно на территории завода, большим убытком не считалось...
И вот как-то наш благополучный дружный коллектив на некоторое время "усилили" ещё одним человеком с завода. Звали человека Валя, и была она эффектной и яркой дамой лет 35. Распущенные роскошные тёмные волосы, блестящие чёрные глаза, всегда в ярком макияже и в элегантных продуманных нарядах...
Мы часто возвращались домой вместе - нам было по пути. Было такое впечатление, что Валя очень старается не упустить случая ехать вместе со мной - заполучить "свободные уши"...
То, ЧТО она рассказывала, не умолкая, меня несколько угнетало... Я вдруг начинала чувствовать себя никому не нужной, убогой нищебродкой... Но это только под впечатление от её рассказов, а на самом деле всё было, в среднем, как у всех - муж, двое детей, две зарплаты инженеров.
А у Вали муж был профкомовский босс - у "кормушки". Ах, как она живописала своё счастье!
Вот, рассказывает, Толя уехал в командировку на 2 (!) недели. Уехал неожиданно, не позаботившись о семье, поэтому наказал заботиться своим друзьям - они понатащили гору продуктов - принесли мяса, масла, сосисок...
Уточнение: всё, кроме мяса, покупалось по талонам, а мясо на рынке - по ценам, плохо согласующимся с зарплатой инженера. То есть, подчёркивалось,что в этой семье талоны презирали и деньги считали линейкой. Ну, понятно - профком много чего был предназначен распределять между тружениками - в среде таких спецов по делёжке материальных благ существовало выражение типа "нельзя быть у воды и не напиться".
А вот вчера, рассказывала Валя, прихожу с работы - а младшая дочка сидит в подъезде и плачет, домой не идёт - что, мол, там делать, если папа ещё не приехал...
Валины перепевы на тему благоденствия её семьи были разнообразными и бесконечными... Где бы она меня ни встретила, буквально хватала за пуговицу и рассказывала, рассказывала... Как Толя раздобыл билеты на концерт Пугачёвой ценой в нашу премию (на фиг бы мне они сдались!), как новогодние подарки приносит и детям, и ей, любимой - "Я ведь сама, как ребёнок", - с нежностью к себе произносила счастливая Валя...
Когда она говорила о муже, глаза её сияли счастьем ...
Наконец, во мне проснулись какие-то сомнения. Хоть и было мне чуть за тридцать, но мудрая народная поговорка "Больно хорошо - тоже нехорошо" уже прочно засела в моей голове.
Что же за сказочный принц такой, этот Толя? Как-то всё уж очень феерично...
После того, как я поделилась своими сомнениями с "ветераном" завода Ниной, проработавшей непосредственно на заводе много лет и знавшей всё и всех, перед моими глазами предстала суровая истина...
- Ааа, Толя! Знаю, знаю, - рассказала коллега. - Известный ходок, тот ещё петух - всем предлагает, и не все отказывают. Недавно и к подруге моей "клеился"... И везде про Вальку трезвонит, что она противная, и он её терпеть не может ( его высказывания по поводу жены я привожу в очень смягчённой форме) . Ну ладно бы просто гулял, а зачем болтать-то - ведь на одном заводе работают!
- Да, - подумала я. - Бедная женщина! Она же психбольная! Её дифирамбы мужу были искренними - так никакая актриса не сыграет... Она на самом деле верила в то, что говорила, наверняка зная истинное положение дел. Наверно, это и есть раздвоение личности - шизофрения...
Мне стало жутко...
Спустя несколько лет, уже в начале девяностых, я увидела эту пару на рынке. Валя всё так же сияла красотой и довольством, а Толя - блёклый невзрачный мужичок - шёл впереди, злобно и брезгливо на неё оглядываясь...