Я прилетела во Вьетнам 8 февраля с Пхукета. Планы были грандиозные. С 23 февраля по 16 марта ко мне прилетали в гости сестра и мама, а с 24 марта я ждала подругу, после чего 5 апреля был запланирован вылет в Южную Корею (уж очень хотелось попасть на цветение сакуры). Но в такое время нельзя ничего планировать.
15 марта – Вьетнам закрывает все визы кроме 15 дневного штампа для российских граждан. Я ещё теплюсь надеждой, что подруга сможет прилететь ко мне на ДР. 18 марта – все прилетевшие попадают в карантин на 14 дней. Всё. Границы закрыты. Последние дни для туристов, которые успели прилететь до закрытия границ. Кто-то в панике мониторит билеты обратно в Россию, кто-то трубит письма в консульство, а кто-то спокойно нежится на солнышке, так как прилетел по путёвке, где всё включено.
От консульства помощи ноль, а стоимость билетов выросла с космической прогрессией. У S7, к примеру, взять билет можно было только за 150 тыс. кровных русских рублей. Последний самолёт улетел 30 марта. Аэропорт закрыт.
Я даже и не думала возвращаться обратно на родину. Решила, что пережду пандемию здесь, во Вьетнаме, благо я сделала визу на 3 месяца. А там будь что будет.
31 марта мне пишет друг, что завтра вводят карантин на две недели. Надо ехать за продуктами. Указ вышел по всей стране. Каждый город закрыт военными, перемещения запрещены. В Нячанге, где я живу, официально заражённых COVID-19 нет. Но это не отменяет мер предосторожности.
Первые дни карантин соблюдался более строго. Сейчас сами вьетнамцы ездят по своим делам и выходят на вечернюю пробежку и зарядку. Пляж полностью закрыт лентой, вдоль всей береговой ходит патруль. Все рестораны и кафе закрыты, лишь некоторые работают на take away и доставку.
Каждую ночь, ровно в 3:14 с 1 апреля и по сей день начинает орать громкоговоритель с площади на набережной, именно туда у меня выходят окна. Женский голос периодически сменяет мужской, говорят, естественно, на вьетнамском. Предполагаю: о самоизоляции, вирусе и карантине. В обед на 1,5 часа перерыв, а потом по-новой до 21 вечера.
Днем, если шарахаться по городу, то полиция вежливо попросит тебя пойти домой. Никаких штрафов нет. Все носят маски. Везде стоят антисептики, пользуйся на здоровье – это кстати было ещё до всего этого, в феврале. Возможно, лояльность такая из-за отсутствия статистки в нашем городе. Я не знаю. Но карантин продлён до конца месяца. На море пока остаётся только смотреть.
Продление визы возможно только через агенства, так как официально визы отменены. Естественно, на этом сейчас стараются заработать.
Для вьетнамцев туризм был их хлебом, теперь этого нет. Поднялась преступность, теперь воришки воруют внаглую у всех приезжих. Но это больше распространено на севере города, отчего я в конце марта и переехала в центр. Есть плюс в моей внешности, что местные воспринимают меня за вьетнамку, особенно, если надевать более закрытую одежду. Шифруюсь.
Но при этом многие вьетнамцы очень добры. Хозяйка квартиры снизила арендную плату. В лавке, где я беру фрукты, мне все время кладут несколько фруктов бесплатно, а детвора по-прежнему улыбается и говорит: «Hello».